Previous Entry Share Next Entry
В тени парковых аллей. 1
traveller2
Еще в доперестроечные времена в нашем московском институте в лаборатории Карена Аветовича Тер-Мартиросяна работал Саша Желонкин, молодой теоретик, только что закончивший Физтех. Хотя мы не были близко знакомы и прошло 30 лет я его хорошо помню. Может, звезд с неба он и не хватал, но порученные ему вычисления делал старательно. И вот однажды по теоротделу, как пламя в степи, пронеслась новость: "Саша арестован."

Оказывается, в свободное от работы время Саша стоял в очереди в кассу Большого театра, покупал билеты на балет, а потом, перед представлением, продавал их иностранцам за доллары. Это сейчас - what's a big deal - пошел в обменник и поменял рубли на доллары или наоборот. А в те времена, операции с иностранной валютой были строго запрещены. За это полагалась расстрельная статья (88 статья часть 2 - "вплоть до расстрела").

Не знаю зачем Саше так уж понадобились деньги: может, хотел родителям помочь, может девушку поразить, может были другие причины. Я никогда в это не вникал… Так или иначе, он попался. Началось следствие. Его дело вела молодая женщина.

Непонятно как, но факт: девушка-следователь и Саша во время следствия влюбились друг в друга. Она сказала, что у него есть шанс отделаться условным наказанием, если Сашин начальник (т.е. Карен), напишет прошение о взятии на поруки. Девушка и сама Тер-Мартиросяну написала: " … возьмите Желонкина на поруки, спасите его от тюрьмы".

Прошение пришло в Институт. Карена тут же вызвал к себе руководитель режимного отдела некий Радченко (не будем задавать вопрос о том как он узнал о содержании письма).

Режимный отдел тогда был в каждом уважающем себя институте. По сути, это был филиал КГБ, и работали в нем вышедшие в отставку офицеры КГБ, которым хотели дать синекуру. Никаких исследований, связанных с военными делами в Институте не проводили с 1960 годов, режимный отдел был абсолютным анахронизмом, и его сотрудники просто развлекались как могли. Такая у них была работа.

Радченко сказал Карену, что если он подпишет прошение о поруке, то ему - Карену - будет плохо. Очень плохо. Незадолго до описываемых событий Радченко сменил на посту своего предшественника, фамилия которого была кажется Полищук, или что-то в этом роде, и который умер от инсульта прямо на посту, в своем кабинете за письменным столом.

История этого инсульта тоже любопытна. В 1981 году к нам в Институт приехала заморская гостья, Гленнис Фаррар, с которой у меня даже есть совместная работа. Тогда она, кажется, работала в Калтехе. Девушка она была молодая, видная. На дворе лето, стояла жуткая жара, Гленнис каждый день приходила на работу в коротенькой юбке и полупрозрачной блузке (или маечке), под которой ничего не было. Охранник на проходной обалдел и не знал, что делать. Ввызвал Полищука. (Напоминаю, 1981 год, вокруг все серо-бесцветное). Полищук окинул Гленнис тяжелым взглядом сверху вниз, глаза его налились, но ничего сказать не решился: американку прислали распоряжением сверху на месяц.

Так повторялось каждое утро. В конце второй недели Полищук вернулся в кабинет, закрыл дверь, сел за стол и тут же умер.

Но вернемся к Карену и Саше. Карен мучил себя, жену, и в конце-концов прошение не подписал. Побоялся. Саше дали три года облегченной колонии (дело шло всего-то о 40 долларах), а могли бы дать 15 в лагере строгого режима. Больше я его никогда не видел.

Недавно я получил письмо от ИГ - человека, который был дружен с Сашей Желонкиным. Вот,что он пишет:

"Саша отсидел 3 года в (Тульской?) области, женился на своей бывшей следовательнице, спустя какое-то время бежал в США и попросил политическое убежище. Последняя связь у меня с ним была, когда он поселился в Лос-Анжелесе, работал там таксистом и одновременно "трейдил" на бирже фьючерсов. В начале 2000-х его девушка приезжала в Москву с тем, чтобы продать его московскую двухкомнатную квартиру. Потом она уехала к нему с вырученными деньгами, и больше ни Саша, ни его подруга на связь не выходили ...

Карен Аветович до конца жизни чувствовал вину перед Сашей за свою слабость перед черной силой, из-за которой он не подписал прошение. Мы с ним много времени потратили на написание рекомендации для американской службы INS (Immigration and Naturalization Sevice). Карен Аветович уже болел, я сам написал рекомендацию в INS от его имени и привез к Карену домой нотариуса, чтобы её заверить.

А сейчас всем нам впору просить политическое убежище. Вот такие дела. ИГ"

  • 1
Не поняла момент с "его девушкой": он сбежал с женой или жену оставил и завёл себе "девушку"?
Про Полещука смешно. Жестокосердно посмеялась. :)

Я и сам не вполне понял, Роза. Что было в письме, то и процитировал. Кажется, ИГ и сам точно не знает...

Как всегда, необычайно интересно.
Мне, как женщине, очень близка тема про "ничего" под блузкой. Впервые увидела это в Риге в 75г. Была приятно шокирована. А потом, лет через десять, сама развлекалась подобным образом в Крыму. Про инсульты в связи с этим не помню, но, вообще, мужской реакцией наслаждалась))

Вот видите, Галя: вам развлечения, а (некоторым) мужчинам инсульт… ☺ Мощнейшее оружие в борьбе с КГБ!!!

Немножко смешно (про маечку), а целом -печально. Каждое из описанных вами событий наблюдалось со своими вариациями и в моей жизни. Жили мы в этом и удирали из него: в науку, повышение профессионального уровня, туризм, чтение и изучение искусства, в пьянку либо погоню на предмет "достать".

Да, Оля, прятались как могли и где могли… Какое счастье, что все позади.

сюжет романа
сесть и написать...

Точно, Аня! Если бы я был писатель, написал бы остросюжетный роман - психологическую драму. Увы - я не писатель. Но если вы хотите разработать этот сюжет, с удовольствием вам рго дарю ☺!!!

спасибо, Миша )))
нет, тут надо знать этот мир
Авторш, которые пишут о том, чего не знают, я по профессиональной необходимости читаю потоком http://anna-bpguide.livejournal.com/205089.html, так что вижу, что из этого получается.
А в планах у меня книга о Будапеште... Очень надеюсь, что состоится.

«У меня еще никогда не было мужчины, тем более в постели»… Это круто!

Аня, а вы что, и в редакции/издательстве работаете? Если не секрет, в каком? В Венгрии?

А книжка у вас наверняка получится, что-то мне подсказывает, что она будет очень хорошей...

Я внештатным рецензентом в Эксмо подрабатываю. Одно время - специально для редакции "женских любовных романов". Это была нескончаемая песнь.
Сейчас тексты попадаются всякие, даже неплохие, но раз в полгода я делаю такой пост - из выловленного ))).

Спасибо, очень надеюсь.

А это, кстати, неплохое развлечение, именно женские романы про любовь. Просто, никакой политики и посмеяться можно.

сериал в письменном виде... как замена ))

с которой у меня даже есть совместная работа

почему-то я не удивлен ;)

Я не знала этой истории. Очень интересно. Режимный отдел и сейчас не только существует, но и властвует. А не в моей ли именно комнатке сидел и помер тот впечатлительный Полищук? И кстати, теперь у них целое здание, освобожденное от математиков.

У меня тоже есть эпизод насчет режимного отдела. В середине 90-х, когда стало разрешено использовать импортные комплектующие при производстве военной продукции, режим несколько ослаб. Но потом вдруг все было восстановлено практически до прежнего уровня. Почему? Оказалось, что покупатели из враждующих стран стали нечаянно встречаться на коридорах предприятия. По заказу японцев то же предприятие изготовило пару штук лазеров совершенно гражданского медицинского назначения. Приехали японцы посмотреть, а тут какая-то свора покупателей другой техники привалила на завод. Вышли из положения так: показ организовали в нейтральном месте, в учебном институте, дали разрешение на вывоз лазера и т.д.

" …. Режимный отдел и сейчас не только существует…." Кто бы мог подумать?…

В той комнатке, где вы сейчас, тоже сидел режимщик, но рангом пониже. А Главный Режимщик сидел в другом корпусе. Если встать спиной к вашему корпусу, у главного выходя, то прямо и налево есть еще одно здание. Вот там он и сидел.

За сто лет до смерти Полищука при сходных (структурно)

обстоятельствах скончался Иван Дмитрич Червяков (если верить

А.П.)

Ничего не изменилось...

Сходство обстоятельств внешнее. Иван Дмитрич Червяков по-видимому, боялся, а Полищук в душе наверное рисовал картину ее изнасилования в особо жесткой форме… ☺

Ну, тогда я кругом неправ, и позитивные изменения налицо:

Инстинкт страха перед начальством уступил таки место

культу женщины:)

То, что инстинкты взыграли не на шутку, - это точно.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account