Previous Entry Share Next Entry
Виньетка (по мотивам книги А. Вайссберга)
traveller2


Меня зовут Карола Нейер…
...Да, Господи, возьми меня к себе в вечность. Что, тебе нужно мое досье? Конечно, Господи…

Родилась в 1900 в Мюнхене. Мой отец был учителем музыки.
Сколько я себя помню, я всегда пела и танцевала.
Вокруг меня всегда роились мальчики, но все какие-то
глупые и неинтересные. О чем мне с ними было говорить?

А потом я встретила Альфреда. Альфреда Геншке. Он был поэт.
Он так со мной разговаривал… Ты же знаешь, Господи, женщины любят ушами.
Я сошла от него с ума.

Я на сцене с 20 лет. Сначала был театр в Баден-Бадене.
Потом Дармштадт, Нюренберг и Бреслау.
Через 5 лет после моей смерти Бреслау станет
Вроцлав, но тогда это был Бреслау. Поляки, немцы, евреи - все ходили
смотреть меня, весь город…

Альфред переехал из Берлина в Бреслау. Но долго, конечно, он
там не выдержал, заскучал и уехал в Швейцарию,
в горы.

Боже мой, как он любил горы…
А потом - потом был Бертольд Брехт. Он заметил меня.
С 1926, кода я приехала в Берлин, все, что он писал,
он писал для меня. А Берлин в те годы был столицей мира.

Я играла играла Рокси в первой постановке «Чикаго».
В 1928 году в первой постановке «Трёхгрошовой оперы»
Брехта и Вайля играла Полли Пичем. Премьеру мне пришлось
пропустить. Как я плакала, Господи. Но я не могла не поехать
на похороны Альфреда в Давос.
Ты бы мне не простил этого, правда, Господи..
Зато через три года я сыграла ту же роль в фильме Пабста,
я стала кинозвездой!

А потом я встретила Беккера. Он был коммунист.
Он говорил мне: “Посмотри вокруг, как несправедливо устроен мир.
Как несчастны безработные…
Надо все отобрать у богачей,
и разделить поровну.”

Я ему не верила и ничего не понимала. Но потом мне стало все равно.
Я по уши влюбилась, и слушала каждое его слово как песню.

Когда Гитлер стал рейхсканцлером, Беккеру пришлось уехать, сначала в Вену, а
потом в Прагу. Я бросила все и поехала с ним. Наверное, я была глупа, Господи…
В 1934 году Беккер сказал, что надо ехать в Москву.
Его пригласили конструктором на станкостроительный завод.
С каким-то непроизносимым именем, кажется Оржидзе… нет, Орджоникидзе…

Я тоже нашла работу, на фабрике «Межрабпомфильм».
И еще я встретила в Москве
Густава Вангенхейма. Ты знаешь Густава,
Господи?
Он руководил
клубом для немцев-коммунистов,
собравшихся в Москве, и устроил там немецкое кабаре.
Сabaret Kolonne Links.

Я так радовалась сначала, работала с утра до вечера.
У меня были замечательные коллеги. Такие умные и милые.
В 1936 году Эрвин Пискатор начал снимать
фильм «Красное немецкое Поволжье».
Он дал мне главную роль!



А потом Вангенхейм
на нас донес в НКВД. Он написал, что мы - троцкисты.
Пытался спасти себя.
Господи, я даже не знаю, что это
такое…

Беккера взяли ночью. Было 3 часа, позвонили в дверь и
вошли трое. Все перерыли, и забрали Беккера.
А вскоре, 25 июня 1936, пришли и за мной.
Никогда не забуду, 25 июня 1936… 25 июня 1936…
Господи, они забрали моего маленького Георга.
У нас в Москве никого.
Я не знаю где он. Господи, если ты знаешь,
помоги ему выжить. Пусть хоть он живет.



Беккера убили сразу, а меня отправили
в тюрьму умирать медленно. Я так надеялась,
что Бертольд за меня заступится. Ведь Брехта знают все,
правда Господи?
Но он не сказал ни слова, никому, не написал мне,
не написал в газету. Как будто мы и не были с ним близки.
Я знала, что он уже в Копенгагене.
Ему это ничем не грозило.
Но нет, ни слова.
А я все равно его любила…

В 1939 меня привезли в Москву, поселили
в сказочную камеру в Бутырке, с отдельной кроватью
и креслом, отмыли, одели,
даже зубы залечили.
Сказали, что выдадут меня немецким властям.
Накануне отъезда меня вызвал какой-то офицер,
и сказал, что я должна буду посылать донесения в НКВД.

Я отказалась работать на них. Я их ненавидела.
Они сломали мою жизнь. Они забрали
Георга. Я их ненавидела. Я сказала, что лучше умру,
и чтобы они отправили меня в Копенгаген, к Бертольду.

Они отправили меня в пересыльную тюрьму в Соль-Илецке.
Все уехали в Германию: и коммунисты, и евреи, все все…
А меня отправили обратно в тюрьму.

Господи, даже ты не знаешь, где это, Соль-Илецк?
Они меня били и насиловали, но мне уже было все равно.
И тут ты вспомнил обо мне, Господи,
и послал мне тиф. Я умерла в 42-ом,
быстро, ведь от меня уже ничего не осталось.
И я прошу тебя, возьми меня в свою вечность.
Как бы я хотела знать, что с Георгом…
Господи, сохрани его.




PS. судьбе Каролы: http://www.novayagazeta.ru/apps/gulag/7268.html

  • 1

Re: А щепки во все стороны летят.

Не сомневался :-)
Как говорил радек: "Как печально быть этой щепкой!"

  • 1
?

Log in