Previous Entry Share Next Entry
История с хорошим концом, или может ли домохозяйка получить Нобелевскую премию
traveller2


В 1963 году Мария Гепперт-Майер жила в Сан Диего (Калифорния) и была профессором физики в Университете Калифорнии. Когда было объявлено о Нобелевевской премии, местная газета опубликовала большую статью под названием “Мать и домохозяйка получает Нобелевскую премию по физике.” Что же заставило (как всегда) малограмотных журналистов дать статье такое заголовок? Если бы это происходило в наше время, то скорее всего статья называлась бы “Нелегкая судьба женщины-физика в эпоху до феминизма”. Хотя, конечно, в наше время такой судьбы быть не могло.

Итак, Мария Гёпперт родилась в 1906 году в городе Катовице, который тогда был частью Германии (а теперь Польши). Она была единственным ребёнком в семье профессора педиатрии Фридриха Гёпперта и его жены, учительницы языков и литературы Марии Гёпперт. Если смотреть с отцовской стороны, то Мария стала университетским профессором в седьмом (!) поколении.

В 1910 г семья переехала в Гёттинген, где её отец получил позицию профессора педиатрии в столь знаменитом тогда университете, которому было суждено стать колыбелью квантовой механики. С ранних лет Мария была окружена студентами и преподавателями университета, такими интеллектуалами, как Энрико Ферми, Вернер Гейзенберг, Поль Дирак, Вольфганг Паули и Эдвард Теллер.

Больше всего о личной жизни Марии мы знаем именно из “Мемуаров” Теллера, которого связывала с Марией почти полувековая дружба. После этих “Мемуаров” мне показалось, что если бы у Теллера не было жены Мики, между ним и Марией Гепперт непременно возникла бы романтическая связь.

Вот, что пишет Теллер (стр. 127):

“[В 1935 году] в Гёттингене я снова встретил Марию, которая уже защитила диссертацию под руководством Макса Борна и сделала несколько отличных работ. Пару лет назад я встретил ее в этом же университете с ее американским мужем химиком Джо Майером, когда они приехали на лето в Гёттинген.

Помимо того, что Мария была способным физиком, она была красива (beautiful, возможно, следует перевести "прекрасна"). Высокая стройная блондинка, она обладала врожденной деликатностью и грацией. У нее был острый ум. Вскоре после их брака в 1930 году у них родилось двое детей, которые требовали непрестанного внимания. Джо был профессором химии в университете Джонса Хопкинса в Балтиморе.”

Мария Гепперт-Майер покинула Германию (вместе с американским мужем) в 1930 году, до начала Большой национал-социалистической заварухи. Теллер в одном месте пишет, что ее дед был евреем, в другом, что ее бабушка была еврейкой (видимо к моменту написания мемуаров в 2000 году память начала ему изменять), и несколько раз упоминает, что во время войны Мария очень переживала за еврейскую часть своей семьи. По национал-социалистической классификации она была "Mischling II Grade" – четвертинка - поэтому с этой стороны немедленное уничтожение ей не грозило. “Однако, - пишет Теллер, - Мария Майер была бескомпромиссной противницей национал-социализма, и никогда этого не скрывала.”

Мария поступила в Гёттингенский университет в 1924 г. Она училась у Макса Борна, Джеймса Франка и Адольфа Отто Рейнольд-Виндхауза - все трое - будущие Нобелевские лауреаты. После переезда в Балтимор вместе с мужем Джозефом Эдвардом Майером ее очень хотели нанять на тамошний физфак. Однако в те времена существовало жесткое правило, что близкие родственники не могут работать в одном и том же университете. Поэтому все, что они (т.е. физфак) могли для нее сделать - это дать ей офис и разрешить бесплатно (!) читать лекции. Это продолжалось с 1931 по 1939 гг.



Эх, если бы это произошло сейчас, Мария не только бы получила работу в лучшем университете по ее выбору быстрее мужа, но ее мужа наняли бы в тот же университет только ради того, чтобы согласилась она. Как несправедливо устроена жизнь в каждый данный момент времени…

Несмотря на унизительное положение в университете и несмотря на детей, которые требовали постоянного внимания, теоретические исследования продвигались успешно. В 1935 году Мария Гепперт-Майер опубликовала основополагающую статью о двойном бета-распаде. В 1937 году у Джозефа Эдварда Майера случились какие-то нелады в университете Джонса Хопкинса. В 1939 году он перебрался в Колумбийский университет в Нью-Йорке. Разумеется, Мария поехала с мужем. В Колумбийском университете ей снова пришлось пройти через то же унижение, поскольку закон о непотизме продолжал действовать. Колумбийский университет отказал Марии в позиции, хотя физфак выделил ей офис при условии, что она будет исполнять все профессорские обязанности (бесплатно). Одно было хорошо - в Нью-Йорке она нашла много блестящих коллег, жаждущих с ней сотрудничать, в том числе Гарольда Ури, Эдварда Теллера, и Энрико Ферми. Как мы увидим, ее сотрудничество с первыми двумя продолжалось долгие годы. Именно Теллер втянул Марию (во время войны) в Манхэттенский проект, о чем я расскажу позже.



Кстати, Теллер упоминает, что его университетская зарплата в 1935 году была (в пересчете на современные доллары) около 100 тыс./год, “что, - как пишет Теллер, - вдвое больше английской зарплаты и вчетверо больше немецкой.”

Сейчас ситуация Англия/Германия ровно обратная: зарплата университетского профессора в Германии как минимум в два раза выше английской. Это, конечно, говорит о том, что экономика Англии сдает позиции, а экономика Германии неуклонно растет после ее поражения во Второй мировой войне.

PS. Все фотографии молодой Марии, которые мне удалось найти, изображают ее в виде брюнетки. Откуда Теллер взял, что она была блондинкой - не знаю. А может, краска?

Мария в США в 1930х.



Мария на почтовой марке США.



(продолжение следует)

  • 1

История с хорошим концом, или может ли домохозяйка пол

User kostyad referenced to your post from История с хорошим концом, или может ли домохозяйка получить Нобелевскую премию saying: [...] Оригинал взят у в История с хорошим концом, или может ли домохозяйка получить Нобелевскую премию [...]

в порядке буквоедства - когда говорят "Университет Калифорнии" без добавления названия кампуса всегда имеют ввиду Беркли.

А насчет Теллера - у меня есть знакомый, который давно работает в Ливерморской Лаборатории. Он помнит времена, когда Теллер был директором. Раз в год, до глубокой старости, Теллер выступал перед сотрудниками, рассказывая о прошедшем годе и планах на будущее. И каждое выступление он начинал играя на рояле небольшую музыкальную пьесу на несколько минут. Вот такой штрих к портрету :)

Спасибо. Насчет UCB не знал. Я имел в виду UCSD, конечно.

Про Теллера - очень трогательно, спасибо.

Спасибо. Очень интересно!

"Высокая стройная блондинка"
что-то непохожа не блондинку

Таня, вы не заметили, что меня самого этот вопрос задел...Чуть ниже Amado вам ответила.

Она как раз блондинка. То, что принято называть русая или тёмно-русая, в Германии называется "блондинка". Светлый блондин, средний блондин и тёмный блондин - вот последнее как раз о ней.
Брюнетка она только на живописном портрете, а он весьма условен.
*Очень интересно, Миша! Жду продолжения.

Спасибо, Галя! Скоро напишу. И за разъяснение трех типов "блондинистости", тоже спасибо.

Очень интересно! Как-то ничего о ней не знал((

Рад, что вам интересно.

Спасибо, ждем продолжения)

Скоро напишу. Спасибо.

Что-то с детьми было не так?
(Вы дважды повторили про непрестанное внимание)
Или просто двойня со всеми вытекающими?

Катя, я точно не знаю. Теллер упомянул ее детей несколько раз, ну и я за ним. Посмотрю в "Мемуарах" у Теллер потщательнее.

Миша, спасибо! Чулесная серия!
А вот про Нетер бы еще, про ее работу по связи симметрии с законами сохранения... - это так, мечты )))

Спасибо, Володя. Может быть, когда-нибудь, доберусь и до Эммы Нетер. О ней есть богатая литература.

История с хорошим концом, или может ли домохозяйка пол


История с хорошим концом, или может ли домохозяйка пол

User wavegiude referenced to your post from История с хорошим концом, или может ли домохозяйка получить Нобелевскую премию saying: [...] Оригинал взят у в История с хорошим концом, или может ли домохозяйка получить Нобелевскую премию [...]

Спасибо, очень интересно! И да, вот бы про Эмми Нетер! (мой недостижимый идеал и любовь навеки)))

У меня в планах сначала про Лизе Маитнер. Потом, может, и до ветер доберусь...

Лаура Ферми вспоминает Марию Гёпперт-Майер именно как блондинку. Бывает такая странность с черно-белыми фотографиями - тонкие светлые волосы при светлой коже отображаются как тёмные (моя белокурая подруга на фотографиях выглядит почти брюнеткой).

Spasibo! Я и не знал об этом. Буду знать!

  • 1
?

Log in

No account? Create an account