Previous Entry Share Next Entry
Необычная семья Девиттов
traveller2
Хочется сказать, что не я нахожу историю, а она меня находит. Недавно мне написала Крис Девитт. Эта фамилия, я думаю, хорошо известна теоретикам старшего поколения. Я помню ее со времен аспирантуры, но в общем-то тогда она мне мало что говорила. После записки Крис Девитт, я знаю гораздо больше, и мне хочется поделиться вновь приобретенным знаниями.

Итак…



Брайс Зелигман родился в 1923 году в Калифорнии. В 1950 году, будучи постдоком в Европе, по совету отца он добавил к отцовской фамилии еще и материнскую, Девитт. Получилось, как в испаноязычных странах, где фамилии супругов объединяются в одну составную фамилию у детей. Фамилия Зелигман звучит явно еврейской, что в тогдашней Европе вызывало много проблем у молодого физика (возможно, впрочем, что и сейчас было бы то же самое). То ли дело DeWitt! Впрочем, это изменение фамилии позднее стоило Брюсу постоянной работы в одном из самых престижных университетов, Стэнфордском. Говорят, что Феликса Блоха (швейцарский физик еврейского происхождения, работавший в то время в Стэнфорде и получивший Нобелевскую премию 1952 года) это так разозлило, что на факультетском собрании он заблокировал Девитта, и тому пришлось удовольствоваться менее престижным университетом Техаса в Остине.

По науке Брайс Девитт знаменит своими работами по кантованию гравитации и полей Янга-Миллса. За эти работы в 1987 году ему была присуждена медаль Дирака. Тут есть один уникальный нюанс. Абсолютное большинство теоретиков убеждено, что ковариантное квантование полей Янга-Миллса (включая духи) было проведено Фаддеевым и Поповым. Духи так и называются духами Фаддеева-Попова. Препринт их работы — тоненькая брошюрка на русском языке — был издан в 1967 году, почему-то в Киеве, а не в Ленинграде, где они работали. Я помню, что читал ее в аспирантуре в начале 70х. В ней было всего 10-15 страниц. Материал легко читался, так что даже начинающий аспирант (я) сразу же все понял.

Брайс Девитт сформулировал программу геометрического квантования немного раньше и издал две или три объемных работы подряд на эту тему в престижном американском журнале.

Его подкосило то, что он объединил гравитацию и Янга-Миллса в одну статью, которая была настолько объемна и сложна в изложении, что прочесть и понять ее было геройским поступком. Об этом мне рассказал Аркадий В., который, будучи на несколько лет старше меня, изучал эти работы по мере поступления, т.е. в хронологическом порядке — сначала Девитта, а потом Фаддеева. Аркадий не тот человек, которого могут остановить трудности. Думается мне, что он один из единичных теоретиков в мире разобравшихся в статьях Девитта в 1967. Единственное, чего у Девитта не хватало по сравнению с Фадеевым — Девитт не переписал детерминант в виде духов.

Почему этот нюанс уникальный? Кажется, это единственный случай такого рода (по крайней мере в нашей науке). Гораздо чаще бывало наоборот: советские работы были написаны настолько сжато и непонятно, что даже будучи опубликованы несколько раньше западных аналогов, они не получали признания. До сих пор гуляет даже такой мем, “русская статья”. Означает “шифровку”, которую нормальный западный теоретик понять не в состоянии. "Телеграфность" изложения была связана с ограничением числа страниц в статье, которые тогда диктовались Главлитом. Но западные теоретики, разумеется, ни о каких ограничениях не знали, и особо не заморачивались разгадыванием головоломок (разве что в исключительных случаях). Надеюсь, теперь этого нет.

Но я не собираюсь писать о науке. Крис Девитт, дочь Брайса Девитта и Сесилии Девитт-Моретт, с которой я и начал эту историю, не имеет отношения к физике. Она написала мне в основном о своей матери. Ниже я приведу несколько цитат. Сесилия Моретт вышла замуж за Брайса в Париже в 1951 году.



После свадьбы



Сесиль была на год старше своего мужа, француженка из обеспеченной семьи. Образование получила в университете Кана, на севере Нормандии. Вообще-то она мечтала стать хирургом, но во время войны поступить на медицинский факультет было невозможно, и она поступила на математический. В 1944 году в день высадки англо-американского десанта, Кан сильно бомбили. Сесиль как раз в этот день сдавала экзамены в Париже. Когда она вернулась домой, то вместо своего дома увидела лишь груду камней. В дом попала шальная бомба. Погибли ее мать и 16-летняя сестра. Сесиль переехала в Париж, ее взял в свою лабораторию Жолио-Кюри. Диссертацию по ядерной физике она защитила в 1947 году. После окончания войны Жолио-Кюри отправил Сесиль учиться теоретической физике в Дублин, где в то время преподавали Шредингер и Гайтлер, и в Копенгаген к Нильс Бору.



В день когда она приехала в Дублин, со Шредингером случился курьезный случай. Весь день он делал какое-то вычисление, которое к вечеру показалось ему ошибочным. В крайнем раздражении он скомкал свои бумаги и выбросил в урну. Вечером пришел уборщик и вычистил весь мусор. Глубокой ночью Шредингер проснулся от озарения, что что его вычисление все-таки было правильным, и немедленно бросился в Институт. Разумеется, урна была пуста. Утром Шредингер, который был директором института, вызвал к себе уборщика “на ковер”. Выслушав его упреки, уборщик сказал: “вы слишком много от меня хотите, господин Шредингер — чтобы я вычищал из урны только ваши неправильные вычисления, а правильные бы оставлял нетронутыми.”

В ярости и один и другой тут же подали в отставку. Сесиль, приехавшую в этот день, встречал уже новый директор, профессор Гайтлер.

Вот что пишет ее дочь Крис:

“Моя мать очень переживала из-за того, что в те времена на женщин-физиков смотрели мягко говоря пренебрежительно. Даже много позднее, когда мой отец был профессором в Северной Каролине, маме отказали в постоянной работе. Потом они перебрались в Техас, где оба получили академические позиции, но зарплата моей мамы была намного ниже зарплаты отца до самого выхода на пенсию в 1990х. В 1974 году она узнала, что ее биологическим отцом был вовсе не муж ее матери, а еврей, которого во время войны отправили в Аушвиц-Освенцим, где он и погиб. После смерти отца в 2004, мать разобрала оставшиеся от Брайса бумаги и в 2011 году опубликовала книгу под названием “Мемуары Брайса Девитта: 1946-2004”. Начиная с 1950 года она очень много занималась интегралами по путям, развивая и формализуя идеи Фейнмана, которого она хорошо знала. Но самые главные ее достижения были в другом. И о Фейнмане я тоже напишу позже.

Сейчас. Справа 94-летняя Сесиль Девитт-Моретт, слева ее внучка Ники Арар.





Продолжение следует

  • 1

Необычная семья Девиттов

User logik_logik referenced to your post from Необычная семья Девиттов saying: [...] Оригинал взят у в Необычная семья Девиттов [...]

В начале 90-х, когда в ХФТИ с ксероксами и бумагой была напряженка, я, по просьбе шефа, возил номер Phys.Rev. со статьей Сесиль Моретт по интегралам по путям домой, чтобы сделать у мамы на работе несколько копий:)))

Выслушав его упреки, уборщик сказал: “вы слишком много от меня хотите, господин Шредингер — чтобы я вычищал из урны только ваши неправильные вычисления, а правильные бы оставлял нетронутыми.” -
долго и радостно смеялась... Находчивый... :)


Человек, который определяет, какие вычисления правильны, а какие нет, называется научный руководитель, а не уборщик

Еще и красивая была. На втором снимке она кажется мне похожей на свою почти ровесницу Мишель Морган, которая умерла в декабре прошлого года.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account