Previous Entry Share Next Entry
Рудольф Пайерлс Жене (и немного о Ландау)
traveller2
Продолжение. Предыдущий пост см.
https://traveller2.livejournal.com/507389.html


Рудольф Пайерлс Жене

Цюрих
14 февраля 1931 г.

Ну что это, Женя? Ты думаешь, что я обижен на тебя? Я даже не помню, что я писал в этом письме, ужасно, что такое долгое время между письмом и ответом. […] Говоря о Дау, я нашел что “плохой характер” не значит то же самое по-русски и по-немецки — поэтому я понимаю, почему мы раньше спорили.

Боже мой, какая несолидная жизнь у тебя. Но я не могу сказать, что моя жизнь лучше; сегодня вечером я пойду на большой бал-маскарад. Дау тоже пойдет, первый раз в жизни. Будет замечательно. Это “Börse–Buber–Ball”, где все люди надеты как маленькие дети.

15 февраля 1931 г.

Бал был хорош. Жаль, что ты не могла видеть Дау, надетый как маленький мальчик! Было очень много людей, и чудесные костюмы.

Общая атмосфера этого костюмированного бала была странной, поскольку представляла собой примитивную и довольно грубую форму эротики. Большинство людей целовали друг друга прямо навиду и без разбора кто есть кто. Мне это не нравится, а в Цюрихе это еще хуже, чем обычно. Но к счастью, не все люди такие на балу, и всегда есть некоторые с которыми можно танцевать, смеяться, кричать и т.д. И это мы делали. Я нашел студентку языков, славную, неглупую и некрасивую девушку, которая очень хороше танцевала. Но все это швейцарцы — слишком швейцарцы! […]

Сейчас я должен обедать, а потом я поеду к Фаине Московской.* Я хочу сфотографировать всех людей. Главным образом, Ландау в костюме.

До свидания, моя милая!

Вечером

Было замечательно. Мы сделали очень много снимков с разными костюмами, и если они удачны, будет чудесно. Но, дорогая, веришь ли ты действительно, что я могу так скоро тебя забыть? […] Очень скоро будет возможность говорить.** И мы будем говорить, очень много говорить. Еще 15 дней! Полгода — очень короткий срок, но эти 15 дней будут ужасно долги… Больше не надо будет смотреть на фото, а можно смотреть на тебя, больше не нужно писать о поцелуях, а можно целовать тебя, больше не нужно говорить с тобою во сне, а можно действительно быть вместе…

До свидания, моя милая, милая девушка! Целую тебя очень крепко (к несчастью. еще только в письме!) Будь здорова, до скорого,

Твой Руди


*******

Без даты,
по косвенным признакам лето 1933

Копенгаген,
Tourist Hotel
вторник утром

Моя дорогая, это очевидно уже последнее письмо [перед возвращением], которое я тебе пишу. Я завтра утром еду (конечно, еще телеграфирую). Вчера приехал Дау, мы его торжественно встретили в порту, он совсем не изменился и ничего нового не рассказал.*** Про твоих он ничего не знает, т.к. сейчас только проехал через Ленинград, а когда был последний раз, никого в городе не было. Также политических новостей у него нет.



Я сегодня вечером у Бора, чтобы с ним разговаривать.

Вчера мне позвонила Lotte Weigert из деревни, ее брат (бывший …неразборчиво), сейчас проедет здесь на пути в Берлин (он был у нее, чтобы попрощаться — он уезжает в Америку). Я сейчас пойду на вокзал его встретить. Я тебе телеграфирую поезд, на котором я приеду, но может быть конечно пароход опоздает и в таком случае я приеду в Кембридж чуть позже…

До свидания, моя милая, целую тебя много раз.
Руди

Сижу в институте. Утром встретил Оскара на вокзале, было психологически очень интересно. Может быть, психологически для всех этих людей события в Германии очень (…неразборчиво).

[…]

Я ужасно огорчаюсь, что ты так мало спишь. Тебе надо тогда ужасно рано пойти спать чтобы лежать!**** Ты сейчас обязательно должна выспаться и совсем отдыхать перед переездом в Манчестер!

Очень мило, что Бете будет в Кембридже, но опять уже боюсь что будет ужасный “Betrieb”. Мы должны обязательно только допустить тех гостей, которых мы хотим, и то в малом количестве. Дау впрочем в Англию не приедет; он уже 10-го должен вернуться. Я еще куплю те лекарства которые ты мне писала и дам Вайскопфу.

Я впрочем почти убедил Дирака, что он дурак. Тут и Williams (Manchester). Я все время старался узнать, есть ли у него автомобиль и что он с ним делает, но он пока не реагировал.

Я тебя ужасно люблю,

Руди

Примечания:

* Фаина Московская учила Рудольфа Пайерлса русскому языку.

** В марте 1931 года Рудольф Пайерлс приехал в Ленинград и 15 марта Женя и Руди поженились.

*** Известно, что Ландау был у Бора в Копенгагене с короткими визитами в 1933 и 1934 годах. Точные даты неизвестны. Судя по всему, данное письмо было написано до августа 1933 года. Таким образом, в 1933 г. Ландау побывал у Бора летом. Хорошо бы узнать, в каком месяце…

**** В это время Женя была беременна. Первый ребенок Пайерлсов, дочь Габи, появилась на свет в августе 1933.

+++++++

Дом в Ленинграде (Моховая 26), где в квартире Исая Мандельштама часто собиралась вся джаз-банда, включая Ландау. Исай Мандельштам был отчимом Жени.



This entry was originally posted at https://traveller2.dreamwidth.org/673066.html. Please comment there using OpenID.

?

Log in

No account? Create an account