traveller2 (traveller2) wrote,
traveller2
traveller2

Вспоминания...

Все никак не могу закруглиться с книгой, сильно недооценил обьем работы. Пришлось сделать около полутора сотен примечаний, иначе западному читателю будет непонятно. А сейчас борюсь с опечатками, которых в тексте весьма много. Но, по крайней мере, все статьи собраны.

Сегодня я вычитывал статью Герштейна о Зельдовиче. Работа шла медленно, поскольку по ходу дела я впадал в размышления. Вот, например, такой вопрос. И Зельдович и Сахаров были выдающимися физиками, которые (вместе с Гинзбургом) по сути дела сделали советскую Бомбу. К 1960-м годам оба ясно понимали людоедскую суть системы, в которой жили. И тут у них возник концептуальный спор. Зельдович считал, что система несокрушима, плетью обуха не перешибить, нужно расслабиться и получать удовольствие, и помогать отдельным хорошим людям "закулисно", используя разные связи. И он реально помог многим. Сахаров считал, что надо вступить в открытое противостояние с Системой. Что он и сделал, можно сказать, ценой своей жизни. В конце 80-х - начале 90-х он сыграл одну из ключевых ролей в трансформации СССР. Но кто его вспоминает в России добрым словом сейчас, когда его идеи не только не востребованы, но абсолютно враждебны российскому мейнстриму?

Так кто из них принес больше пользы конкретным живым людям?

И еще. Герштейн пишет, что даже такой человек, как Зельдович, трижды герой, по жизни имел очень ограниченные возможности. Герштейн там приводит одну историю, когда Зельдович пытался помочь одному человеку и позвонил в отдел науки ЦК КПСС, за что получил жестокую выволчку, как провинившийся школьник.

И тут в памяти всплыла одна история, который я был свидетель. В самом конце 1970х или начале 80х (точно не помню), мне как победителю соцсоревнования дали путевку в один из крымских санаториев (название забыл, кажется Украина). Он стоял возле самого моря, там был один люксовый корпус, и несколько корпусов похуже и подальше. Меня поселили куда похуже (но на иное я и не рассчитывал).

И вот однажды на пляже я нос к носу столкнулся с Яковом Борисовичем. До этого я его видел на институтских семинарах, он меня тоже, но мы никогда не разговаривали.
Кто я - только что окандидаченный - и кто Зельдович!
А тут ему по-видимому было скучновато, и мы замечательно беседовали на пляже о космологическом члене, так что время летело незаметно. Потом он уехал, а я остался.

Но история не об этом. Потом я познакомился с местным барменом. У него была подружка, которая работала на reception. В общем, она принимала вновь прыбывших и расселяла их по комнатам. И вот как-то она говорит: "приехал к нам тут один, из Москвы, академик, я его поселила в люксовом корпусе, а он и говорит 'Хочу комнату с окном на море.' Ну, не нахал! Я за комнату с окном на море 300 рублей могу получить от какого-нибудь московского директора магазина."

Тут я ее перебил: "А как фамилия академика?"

"Да Зельдович. И что ты думаешь, он два дня сидел на моем телефоне, звонил в Академию в Москву, и требовал, чтобы они вмешались. Они мне звонят, а я им лапшу на уши, мол нет сейчас таких свободных комнат. Все говорят Зельдович-Зельдович, а кто он такой, чтобы ему комнату с видом на море?"

Больше я не выдержал и сказал: "Не смей так говорить! И ты и все твои московские директора магазинов - г..вно по сравнению с Яковом Борисовичем.

Больше я в этот бар никогда не ходил.

ПС: Забыл сказать, что 300 руб. тогда равно примерно 30 тыс. сейчас.
В том же санатории я встретил гордо шагающего Валентина Зорина. Был такой известный обозреватель ЦТ. Интересно, у него были проблемы с видом на море?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 55 comments