traveller2 (traveller2) wrote,
traveller2
traveller2

Categories:

Haute couture и все остальное в полном беспорядке

Hamburg-Rathaus-Rathausmarkt

Сегодня у меня всего час-полтора времени, поэтому будет непричесанный и поток сознания, скорее всего малоинтересный. "Редко кто долетит до середины Днепра …"

Начну я с 1987 года. Почему-то именно туда меня забросили воспоминания...

Присказка: В то время жили мы трудно. Над нами висел огромный и безнадежный долг, который все время увеличивался. И тут случилось чудо. Вызвал меня к себе директор и сказал: "Мы хотим вас отправить в Гамбург, на месяц. Там будет большая конференция, и нам хотелось бы, чтобы вы выступили с докладом."

Сказка: Современный читатель не может понять значение этих слов. Это все равно как если бы вас вызвал начальник и сказал: "Мы решили отправить вас на Альфа Центавру…"

*****

В Гамбурге располагается крупнейшая немецкая лаборатория, ДЕЗИ. Тогда она работала на фундаментальную науку. Сейчас, к сожалению, ее переориентировали на технологию.

desy

Лаборатория в тихом предместье, которое называется Альтона. Если кто знает - Ноткештрассе … Прямо над кольцом ускорителя то ли ипподром, то ли футбольное поле, уже не помню. Оттуда пешком можно дойти до идиллической набережной Эльбы, застроенной роскошными особняками.

Elbe


Так я впервые попал в Гамбург. Ехал я на поезде. Самое сильное впечатление от этого поезда - переезд через границу в Восточном Берлине. Но это отдельная история.




В ДЕЗИ меня приняли очень хорошо. Уже на следующий день меня пригласил к себе в офис профессор Фолкер Зергель, тогдашний директор ДЕЗИ, типичный (а в чем-то не очень) немецкий либеральный интеллигент. Расспросив у меня все ли в порядке с жильем и удобно ли мне готовиться к докладу, он предложил вместе пообедать в ресторане. В первый раз в жизни я обедал (ланчевал, если говорить по-американски) в ресторане! Ресторан был итальянский, и мы заказали пиццу. Первая пицца в моей жизни.

Зергель (справа) в 2011, на праздновании 80-летия.

Soergel-004_

Постепенно наша беседа из чисто официальной перешла в неформальную плоскость. Фолкер посмотрел на меня проницательным взглядом и сказал: "Мы, немцы, несем особую ответственность за то, что сотворили с евреями. Поэтому, когда я узнал, что в Советском Союзе к евреям относятся эээ …ээ…" - он долго подыскивал слово, - "… не всегда справедливо, мне стало тяжело на душе."

Я не нашел, что ответить, и мы помолчали.

"На эту конференцию я пригласил именно вас. У меня есть кое-какие рычаги воздействия на вашего директора, ведь на нашем ускорителе работает большая группа талантливых экспериментаторов из вашего института. Разумеется, мы оплатим и ваш перелет, и пребывание в ДЕЗИ по нашим стандартам." Голосом Зергель подчеркнул слово 'нашим'.

"Какого же черта я двое суток трясся на поезде?" - подумал я. Весь остальной подтекст до меня дошел только вечером, когда я прокручивал этот разговор в голове.

То, что я увидел в Гамбурге за этот месяц было для меня, затюканного советской реальностью, потрясением основ мироздания. Но об этом потом.

Ham-most

В конце месяца, перед отъездом, я собрался покупать подарки. Тому, кто помнит советские магазины того времени, ничего объяснять не надо. Расспросив институтских коллег, уже умудренных значительным опытом гамбургской жизни, я отправился в порт. Ехать туда надо было то ли на S bahn, то ли на метро, сейчас уже не помню. Линия метро там проходит по высокому мосту, на котором и расположена остановка.

Добравшись до места, я прямиком отправился в магазин "Чайка". Магазин этот был рассчитан на советских моряков, заходивших в гамбургский порт, и продавали там по дешевке всякие нераспроданные остатки из нормальных магазинов. Мне он показался маленькой пещерой Аладина.

DE_Hamburg_Reiseziel_7

Прямо у входа мой взгляд уперся в красную юбку. Она была длинная (ниже колен) и узкая. Настоящая аристократка посреди простолюдинов. От нее исходило неземное сияние. Продавщица сказала, что она сделана из шотландской шерсти. Даже не спросив о цене, только дотронувшись до нее рукой, я понял, что куплю ее Рите. К счастью, стоила она всего 10 марок (тогда еще в ходу были марки). Продавщица помогла мне подобрать к ней деловую блузку серого цвета, тоже за 10 марок. Господи, как легко было тогда сделать Риту счастливой. Она ходила в этом наряде несколько лет, а иногда давала его взаймы подружкам.

Затем я перебрался в соседний магазин под названием "Монтана". Там я купил себе голубые джинсы, первые в моей жизни, о которых мечтал еще со школьных времен. Надо сказать, что популярные девочки в моем школьном классе обращали внимание только на мальчиков, у которых такие джинсы были. А был такой мальчик в двух параллельных классах ровно один (и, как сейчас выяснилось, эти джинсе не принесли ему счастья).

Своему лучшему другу я купил в подарок джинсы ярко-лимонного цвета. У меня вообще тяга к ярким цветам. Джинсы оказались большего размера, чем надо, но он был ими настолько потрясен, что нашел подружку, которая согласилась их переделать. Одевал он их только в самых торжественных случаях. Тогда же и там же я купил себе первый фотоаппарат и компьютер, который по современным меркам и назвать-то компьютером нельзя… В Москве стало ясно, что компьютерный счет - не моя стезя. Продав его, я враз разделался со всеми своими долгами.

1230-Atona-District

Много лет спустя, оказавшись в Гамбурге проездом в Копенгаген, я попытался разыскать эти магазины. Увы, от них ничего не осталось. Другая жизнь …

Но вернемся к ДЕЗИ. Чтобы подготовиться к докладу должным образом, я обсуждал релевантные вопросы и с местными и заезжими теоретиками, и с экспериментаторами. Тогда мои интересы лежали очень близко к экспериментам по тяжелым кваркам, которые полным ходом шли в ДЕЗИ. Группа из моего института была ведущей. Работа шла хорошо. Мне помогала секретарша. Неслыханное дело: она печатала подготовленные разделы и приносила их мне на следующий день, без бесконечных уговоров и подмазок, к которым я привык. Более того, она сказала: "Если вам что-то надо исправить в уже напечатанном тексте, приносите, я перепечатаю." Грело мое сердце еще и то, что доклад пойдет в печать без бесконечной цензурной проверки, которая всех нас достала в родном институте.

Наброски и кое-какие расчеты перевалили уже за 50 страниц, и тут мне снова позвонил Зергель. Он сказал: "Мой родной город - Гейдельбег, один из самых красивых городов Германии. Я просто не могу и подумать о том, что вы вернетесь в Москву, не побывав в Гейдельбеге. Там замечательный институт теорфизики, расположенный в переулке Фолософов (Philosophenweg 16).

hd1

Покидать ДЕЗИ мне было категорически запрещено. В ДЕЗИ была большая советская колония, за которой несомненно приглядывали специалисты по "скрипке Дзержинского". Мое отсутствие в течение 2-3 дней скорее всего не прошло бы для них незамеченным.

Вскоре мне позвонил Гюнтер Дош из Гейдельбега. Занимался он тематикой сходной с моей, и я был с ним знаком еще по Москве, куда он приезжал делать совместные работы с одним из моих коллег.

"Значит так," - сказал Гюнтер, - "Твой семинар в пятницу, жить будешь у меня, у меня особняк прямо на набережной Некара, весь третий этаж пустует чуть ли не со времен Второй мировой войны, там тебе будет хорошо и привольно…"

О Гюнтере я уже писал http://traveller2.livejournal.com/287969.html
Потом мы с ним по-настоящему подружились, я много раз останавливался в столь любимой мной "лавке древностей" на третьем этаже, где всюду были разбросаны почтовые конверты с марками с Гитлером и мелкие монеты исчезнувших стран. Сейчас Гюнтер вышел на пенсию и занимается neuroscience. Если и есть на земле настоящие интеллигенты, жители мира, то я думаю именно Гюнтер их олицетворят.

Колебался я недолго. Хоть и придушенное, но чувство собственного достоинства у меня было. Я решил: "Будь что будет, в конце концов, я им не оброчный мужик".

"Хорошо, Гюнтер, еду," - ответил я.

И так я поехал тайком. Это был мой первый опыт с Немецкими железными дорогами, не обошлось без приключений, связанных с незнанием немецкого и реалий немецкой жизни, но это уже другой рассказ.

Уже после конференции, перед отъездом, Зергель пригласил меня к себе домой. Как и почти все немецкие профессора, он играл то ли на скрипке то ли на фортепьяно, сейчас уже не помню, и по пятницам в их доме устраивали квартеты. На прощание он подарил мне шелковый галстук с эмблемой ДЕЗИ.

Еще одно важное дело, которое я успел до отъезда - экскурсия на Рипербан. Гамбург - портовый город, и как и во всяком портовом городе, там есть знаменитый район развлечений для взрослых, скажем так. Сейчас этим никого не удивишь, в Амстердаме все побывали, но в то время все такие места были под строжайшем запретом для советских командировочных и туристов… "Облико моралико"…

hamburg reeperbahn_90

Хотя ощущения были новые, но общее заключение - шоу мне не понравилось. Мелькавшие перед глазами обнаженные ляжки и другие части обнаженного тела незнакомых женщин-танцовщиц возбуждения не вызвали. По-видимому, чего-то там не хватает, или я ненормальный.

1987 год… Робкий ветерок свободы подул тогда над страной. Кто бы мог подумать, что четверть века спустя она - свобода - окажется нужной лишь немногим выродкам (по Стругацким), а додекафония обскурантизма, ненависти и наглой лжи с высоких подиумов достигнет силы, по сравнению с которой брежневские увертюры кажутся легким дуновением в маленькую дудочку. Кажется, ближе к концу 1990х я столкнулся с Фолкером Зергелем в ЦЕРНе. К этому времени он ушел в отставку с поста директора ДЕЗИ, и вернулся профессорствовать в свою альма матер в Гейдельберге. Внешне он мало изменился. Вместе с женой они возвращались из Женевы в Гейдельберг. У них них был большой чемодан на колесиках, который они тянули в сторону автобусной остановки. Я предложил вызвать такси (автобус из ЦЕРНа останавливается возле Джамбо, довольно далеко от аэропорта), но они отказались. Мы постояли, поговорили о прошлом и будущем. Я расспросил Фолкера о его возвращении в Гейдельберг, он спросил, как мне живется в американском университете. Я рассказал о своих научных планах.

"Вам нужно вернуться в Москву чтобы строить новую свободную Россию," - слазал Фолкер, - "как у нас, после денацификации. Мы сделали все, чтобы собрать из-за границы всех молодых энергичных людей, которые могли строить новую Германию."

Я промычал в ответ нечто неопределенное, не стал его разочаровывать и объяснять, что поезд в свободную Россию зашел в тупик, так и не набрав скорости …
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 59 comments