Previous Entry Share Next Entry
Завершая о Файнмане...
traveller2
Начиная с понедельника я практически исчезну на две недели (у меня несколько семинаров на Восточном побережье и в Чикаго). Поэтому я спешу закончить пост о переписке Ричарда Фейнмана.

http://traveller2.livejournal.com/458289.html
http://traveller2.livejournal.com/458187.html

1959 год. Ричард Файнман с англичанкой Гвенет Ховарт. Они познакомились в Лондоне, куда Ф. приехал на конференцию. Вскоре Гвенет переехала в Калифорнию. В 1960 г. они поженились, а в 1962 г. у них родился сын Карл.

From 9/20/2015/FEYNMAN_Sketch


Разумеется, я не могу здесь дать обзор 500-страничной книги. Многие письма носят довольно технический характер и интересны только физикам. Один такой пример я приведу в конце. Но многие другие могли бы быть интересны для всех. Например, письмо матери, который Ричард отправил в 1945 г. сразу же после первого испытания ядерного устройства в пустыне Нью Мексико. Думаю, что хронологически это первое описание ядерного взрыва, дошедшее до нас.

В 1950 году Р.Ф. ушел из Корнельского университета, приняв предложение из Калтеха. Одним из условий, которое он поставил Калтеху, было предоставление ему годичного отпуска (sabbatical) с самого начала, еще до переезда в Калифорнию, с тем чтобы он мог провести год в Бразилии, и приступить к работе в Калтехе только в 1951-52 учебном году. В университет Рио де Жанейро Файнмана пригласил бразильский физик Jaime Tiomno. К поездке в Бразилию Файнман начал готовиться с начала 1950 г. Любопытна переписка этого времени с Джоном Уилером (бывшим научным руководителем Ф.), который в то время работал в Принстоне.

Всего за несколько несколько месяцев до этого Сталин снял блокаду Западного Берлина. Эта блокада была введена им в середине 1948 г., когда было полностью перекрыто снабжение по земле западного берлинского анклава в Советской зоне оккупации. Сплошная блокада Западного Берлина обрекала на голодную смерть 2,5-миллионное население города, спасенное лишь благодаря установлению американскими и британскими ВВС воздушного моста, по которому за год блокады было переправлено 2,5 миллиона тонн продуктов питания и медикаментов для граждан Западного Берлина. Всего в блокированный Западный Берлин было совершено 300 тысяч полётов транспортной авиации. [Современная европейская интеллигенция, с ее антиамериканскими настроениями, предпочитает об этом эпизоде не вспоминать вообще.]

Политическая ситуация в мире была очень напряженной. Джон Уилер писал Файнману, что по его мнению Сталин скоро сбросит атомную бомбу на Восточное побережье США, и приглашал Ф. вернуться к работе над термоядерной (водородной) бомбой. Фейнман писал ему в ответ, что он согласен — вероятность советской атомной бомбардировки высока — но он все равно поедет в Бразилию на год, чтобы успеть посмотреть Южную Америку. А к сентябрю 1951 г. вернется в Калифорнию (если она еще будет существовать), чтобы начать преподавание в Калтехе.

******
Письмо от 25 июня 1964 года

Профессору Дмитрию Блохинцеву,
Председателю оргкомитета
ОИЯИ
Дубна, СССР

Уважаемый профессор Блохинцев!

Благодарю вас за приглашение принять участие в конференции в Дубне. Я много думал об этом приглашении и в принципе хотел бы приехать. Однако я полагаю, что не буду чувствовать себя в своей тарелке на научной конференции в стране, чье правительство не уважает ни свободы мнений ученых, ни цены объективности, ни естественного желания лучших своих ученых участвовать в подобных конференциях в других странах.

Искренне ваш,

Ричард Ф. Файнман




Письмо, которое может быть интересно только физикам:

In 1962 R. Feynman was at a conference of “gravitationists”
in Warsaw, Poland. The outcome is the well-known Feyman’s paper about inconsistency in standard quantization of gravity he published later in Acta Pysica Polonica [Acta Physica Polonica 24: 697-722, 1963]. I want to present a few relatively small quotations from the letter Feynman wrote to his wife Gwеneth from Warsaw. I omit all his impressions of Warsaw and Warsaw restaurants.

… I am not getting anything out of the meeting, I am learning nothing. This field (because there are no experiments) is not an active one, so few of the best men are doing work in it.

… Remind me not to come to anymore gravity conferences.

… There are hosts of dopes here — and it is not good for my blood pressure — such inane things are seriously discussed.


… Whenever one starts to tell me about his “work” it is always either (1) completely un-understandable, or (2) vague and indefinite, or (3) something correct that is obvious and self-evident, or (4) a claim based on the stupidity of the author, that some obvious and correct thing accepted and checked for years is, in fact, false (these are the worst — no argument will convince the idiot), or (5) an attempt to do something probably impossible, but certainly of no utility, or (6) just plain wrong. There is a great deal of “activity in the field” these days — but this activity is mainly in showing that the previous “activity” of somebody else resulted in nothing useful or in something promising, etc. ––
like a lot of worms trying to get out of a bottle by crawling all over each other.

From Michelle Feynman’s book “Perfectly reasonable…” Page 137.

  • 1
Это не вызывает сомнения. Он во всем любил красоту: и в физике и в женщинах. Мне знакомы такие люди...

  • 1
?

Log in

No account? Create an account