?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
Малоизвестные письма Капицы из личного архива
traveller2



Петр Леонидович и его жена Анна Алексеевна приехали в Ленинград в первых числах сентября 1934 года, совершив на машине поездку по странам Скандинавии. Капица принял участие в Международном конгрессе, посвященном 100-летию со дня рождения Менделеева, затем отправился в Харьков, где в течение нескольких дней знакомился с работами Украинского физико-технического института, консультантом которого он был с 1929 года, и рассказывал о своих работах, в том числе и о новом гелиевом ожижителе, который очень заинтересовал харьковских криогенщиков. 24 сентября Капицу вызвали в Москву, в Кремль, где ему было сказано, что в Англию он вернуться больше не сможет — отныне ему предстоит работать в СССР... Анна Алексеевна в начале октября вернулась в Кембридж, к детям. Капица остался у матери в Ленинграде.


П.Л. Капица — жене

Ленинград 5 октября 1934 г.

...Пишу тебе на третий день [после] твоего отъезда вместо того, чтобы писать на второй... Теперь начну повесть о себе, хотя за эти дни ничего интересного не произошло. (...) 4-го я начал день с прогулки в Ботанический сад. Ходил смотреть оранжереи, водил какой-то старичок, который очень хорошо давал объяснения. Потом, после завтрака, начал заниматься. Купил книгу Павлова об условных рефлексах и ими занимаюсь теперь...

Настроение у меня куда лучше, хотя и меланхоличное. Но есть даже какое-то чувство счастья. Дело в том, что я, безусловно, устал за последние месяцы в Кембридже, налаживая гелиевые опыты, а потом поездка по Скандинавии и все прочее, и теперь этот вынужденный отдых мне приятен...

****

П.Л. Капица — Э. Резерфорду

Ленинград 23 октября 1934 г.

Дорогой Профессор,

Постепенно оправляюсь от шока. Вам все уже, наверное, известно от Анны, вот почему я и не писал Вам раньше. Спасибо Вам большое за Вашу доброту и за помощь — за то, что Вы приглядываете за моими мальчиками в лаборатории. Тут надо позаботиться лишь о двух вещах. Первое: не давать Милнеру делать слишком много разных приспособлений. (...) И второе: сказать Шёнбергу, что эксперимент важнее теории... И это все.

****

П.Л. Капица — жене

Ленинград 2 ноября 1934 г.

...Вчера ходил к Ивану Петровичу [Павлову]. (...) Мы хорошо с ним побеседовали. Он охотно предоставляет мне возможность работать у себя в лаборатории, и, как только подготовлюсь, буду делать опыты над механикой мускулов...

Ведь ты не можешь себе представить, как мы мало знаем о том, как мускулы работают. Ведь непосредственный переход химической энергии в механическую мы наблюдаем только в одушевленной природе. (...) Конечно, этот вопрос должен решаться не физиологом. Все, что тебе нужно знать, — это строение мышцы, а это можно узнать очень скоро. Иван Петрович тоже считает, что после 2-3 месяцев физик может достаточно подготовиться к этому вопросу, и приветствует эту работу... Еще большое преимущество в том, что нет необходимости в помещении и большой лаборатории и я смогу все начать один...

****



Э. Резерфорд — Н. Бору

Кембридж 6 декабря 1934 г.

Дорогой мой Бор,

Вы, наверное, уже слышали о том, что П. Капица был задержан в России, но будет лучше, если я сообщу Вам информацию, которой мы располагаем. Капица и его жена отправились летом в Россию, имея обратные визы. Он прочитал несколько лекций в Харьковском университете и принял участие в Менделеевской конференции. За несколько дней до возвращения [в Англию] ему приказали явиться в Москву и сказали, что желают, чтобы он немедленно приступил к работе над физическими проблемами в России. (...) Ему отказали в паспорте, но г-же Капице было разрешено вернуться в Англию, чтобы присмотреть за его делами.

Узнав об этом от г-жи К., я написал неофициальное письмо здешнему русскому послу для выяснения ситуации. Копию моего письма и его ответа прилагаю. Из его письма Вы увидите, что он недвусмысленно заявляет, что К., как советскому гражданину, было приказано остаться в России. Попытки заинтересованных лиц путем разных неформальных обращений выяснить, что можно было бы предпринять в этом деле, никаких указаний на какое-либо изменение позиции советских властей не дали.

Несколько дней тому назад мы провели заседание Комитета Мондовской лаборатории и доложили о ситуации Университету и Королевскому обществу. Мы предложили предоставить Капице отпуск сроком на один год, чтобы дать время на дальнейшие переговоры. Я не сомневаюсь, что и Университет, и Королевское общество вмешаются в это дело и обратятся с протестами к соответствующим властям как здесь, так и в России.

... Нынешняя ситуация очень неблагоприятна для связей между английской и русской Наукой. Они всегда были хорошо осведомлены о работе Капицы и они позволили ему принять должность профессора Королевского общества и взять на себя ответственность за строительство отдельной Мондовской лаборатории, без какого-либо намека на то, что его услуги могут понадобиться в России. Но как только новая лаборатория оказалась в рабочем состоянии и Капица собрался пожинать плоды ее организации и оборудования, от него в срочном порядке потребовали, чтобы он оставил работу в Англии и приступил к работе в России...

Конечно, где-то в глубине души я всегда знал, что существует вероятность того, что К. в конце концов вернется в Россию, но и он, и мы попали в крайне неловкое положение из-за того, как были брошены в подвешенном состоянии его лаборатория и его аспиранты. Думаю, что К. чувствует, что с ним обошлись скверно. Как мне известно, он отказался приступить к работе в области Физики, пока ему не будет разрешено вернуться.

Насколько я знаю, он приступил тем временем к работе с Павловым в области Физиологии. (...) Я же тем временем взял на себя руководство [Мондовской] лабораторией на один год — последить за тем, чтобы дела там шли своим чередом, и чтобы дать время на переговоры и обсуждение...

1 декабря 1934 г. П.Л. Капица, который жил у своей матери в Ленинграде, получает телеграмму от непременного секретаря Академии наук СССР В.П. Волгина: "Прошу прибыть совещание четвертого декабря молнируйте согласие". Совещание состоялось в президиуме Академии наук 10 декабря. Речь шла о перспективах работы Капицы в СССР. 10 декабря Петр Леонидович пишет жене в Кембридж: "Пишу тебе из Москвы, где уже 3-й день все разговариваю без всяких особых результатов. ... Пишу тебе впопыхах, сейчас должен идти разговаривать опять. Надо выяснить, согласны ли закупить лабораторию и все прочее".

****

П.Л. Капица — жене

Москва 26 января 1935 г.

...Посмотришь вблизи организацию промышленности — страшно становится от беспорядка.... Так, может быть, и наша судьба — беспорядок, нелепица, а смотришь, может быть, и выйдет что-либо для нашей науки?

Главное, нельзя оставаться пассивным и бездеятельным. В физиологию я уйду полностью только тогда, когда увижу, что не могу ничего сделать для нашей науки по главной линии моих знаний. Поэтому я пользуюсь каждой возможностью, чтобы воссоздать мою лабораторию здесь...

****

П.Л. Капица — жене

Москва 8 марта 1935 г.

...Мне часто во сне снится моя лаборатория и до боли хочется поработать...

****

П.Л. Капица — жене

Москва 11 марта 1935 г.

...Получил письмо от Джона [Кокрофта]. Они хотят пустить мой гелиевый ожижитель. Мне как-то боязно, что они не справятся без меня и его сломают. Скажи ему об этом...

Как-то бесконечно больно, что где-то люди работают с моими мыслями, а наши, вместо того, чтобы гордиться, что их товарищ достиг таких результатов, только терзают его душу...

****

П.Л. Капица — жене

Москва 31 марта 1935 г.

... Я чувствую, как все внутри меня ворочается: хотят — соблаговолят принять, хотят — нет; хотят — заставят ждать в приемной полтора часа, хотят — нет; хотят — выпустят за границу, хотят — нет... Одним словом, как кусок собачьего говна на панели — прохожий пыряет, дворник подметает...

****

П.Л. Капица — жене

Москва 13 апреля 1935 г.

... Жизнь изумительно пуста сейчас у меня. Другой раз у меня кулаки сжимаются и я готов рвать на себе волосы и беситься. С моими приборами, на моих идеях в моей лаборатории другие живут и работают, а я здесь один сижу, и для чего это нужно, я не понимаю. Хочется кричать, ломать мебель. Мне кажется подчас, что я схожу с ума ...

****

П.Л. Капица — жене

Москва 21 мая 1935 г.

... Ты мне присылаешь Nature, который приходит регулярно. Те статьи, которые касаются моих работ, я не могу читать, а то впадаю в полусумасшедшее состояние. Ты знаешь, мне понятно состояние тех наркоманов, которых насильно оставляют без гашиша. Я понимаю, что люди могут сойти с ума, но я никогда не думал, что до такого полуиступленного состояния я мог бы быть доведен сам, будучи оставлен без моей научной работы...

И все-таки Капица упорно гнул свою линию: будет куплена у англичан его лаборатория и приглашены в Москву его помощники из Кембриджа — он будет работать над физическими проблемами. А если нет — уйдет в физиологию... 28 июня 1935 г. он пишет жене: "Пока что думаю продолжать свою работу по физиологии. (...) Ты скажи Рез[ерфорду], что я буду очень недурным биофизиком..."

Эти письма — часть подборки, напечатанной редколлегией УФН в 1997 году.

Одно замечание от себя. Все знают, что Сталин лично распорядился выплатить Кембриджскому университету 30 тыс. фунтов за оборудование, с которым там работал Капица, и 2000 фунтов за перевозку в Москву. Много это или мало? В современных фунтах это будет около 1 миллиона 300 тысяч фунтов, или около 2 миллионов долларов.

Вверху картина Кустодиева "Капица и Семенов".

  • 1
Миша, не езжайте, пожалуйста, больше в Россию.

Во всяком случае если это следует делать вообще, то лишь в уверенности, что риски такой поездки ни в коем случае не преуменьшены.

Ира, меня улыбнуло, как все возвращается на круги свои. Как будто бы закон Ньютона работает...

Кембридж форева!!!

Миша, спасибо за публикацию. И присоединюсь к Резо - не ездите в Россию, пожалуйста.

Спасибо, Лена. Помимо всего прочего, думаю, что мне было бы неуютно там, где бандиты с большой дороги, отжимающее чужое под шумок, тем более у своих "братьев", считаются героями и кумирами.

Интересно, а кто посоветовал Сталину, что работы Капицы настолько важны, что его нужно вот так вот похитить и шантажом вытащить лабораторию?

Вообще говоря, тогдашнее руководство СССР регулярно проявляло самое приСТАЛьНое внимание к целому ряду известных советских учёных. Что касается Капицы - он, конечно, ещё задолго до своего "задержания" в СССР был на особом счету в Кремле.

Наверняка был какой-то конкретный человек. Не мог же Сталин исходно знать про Капицу. Кто-то доложил.

Подробнее см. :
- Кожевников А.Б. Учёный и государство. Феномен Капицы http://www.ihst.ru/projects/sohist/papers/koj93sp.htm
- Рубинин П.Е. Павлов в жизни Капицы http://vivovoco.astronet.ru/VV/PAPERS/BIO/PAV_KAP.HTM


Спасибо, обязательно почитаю.

Меня преследуют две-три случайных фразы

"I believe they will catch him sooner or later [. . .] he is a wild, disinterested, vain and absolutely uncivilized creature, perfectly suited by nature to be a Bolshie."

"I feel like a woman who has been raped when she would have given herself for love."

Re: Меня преследуют две-три случайных фразы

Это чьи слова?

Re: Меня преследуют две-три случайных фразы

Первая фраза из письма Кейнса жене (1925 год), после того, как знаменитый экономист узнал, что Капица едет в СССР консультировать Троцкого по проблеме электрификации, получив твердые гарантии, что его выпустят обратно в Англию.

Вторая фраза была сказана самим Капицей лет через десять Берналу, приехавшему в СССР морально поддержать К; она повторялась много раз и попала в воспоминания любовницы Б, сопровождавшей его в поездке.

Дело в том, что у К во время жизни в Англии была большая любовь к советской власти/марксизму; любовь эту он не афишировал при общении с Резерфордом, но при других совсем не скрывал (объясняя Дираку, что Маркс в общественных науках - это то же самое, что Ньютон в естественных). При этом, К хвастался, что является единственным советским гражданином, который может свободно пересекать госграницу СССР, что вызывало естественный ужас у его кембриджских коллег и неподдельный интерес у Ми-5, которое, подозревая его в шпионаже, перлюстрировало и копировало письма К в СССР.



Edited at 2016-04-20 11:03 pm (UTC)

Re: Меня преследуют две-три случайных фразы

Спасибо. У меня всегда гуляли смутные подозрения. Что ж, у каждого человека свои взгляды на жизнь. Это нормально.

Re: Меня преследуют две-три случайных фразы

Пожалуйста. Конечно, нормально. Кажется, и в Кембридже принято (было принято) так считать. Впрочем, вот ещё одна цитата (из биографии Дирака "The Strangest Man", написанной G. Farmelo).

"By the spring of 1935, the campaign for Kapitza's release was not going well. In Cambridge, Anna could see the vultures circling: several of her husband's colleagues in the town privately wanted to see Kapitza get his comeuppance after the years he had spent shamelessly fawning on the Crocodile. There were whispers that Kapitza was merely an engineer, that his experiments were leading nowhere and he had received financial rewards in return for spying for the USSR. Anna's reports drew from Dirac some uncharacteristically direct advice: ``You should not pay attention to stupid stories that no one believes in.""


Упоминание о стервятниках не относится к (не умевшему/не хотевшему льстить начальству) неудачливому сопернику Капицы Блэкетту - он ушел из Cavendish Lab в Birkbeck College, University of London еще в 1933-м (и оставался там до 1937-го).

Edited at 2016-04-23 03:34 pm (UTC)

Re: Меня преследуют две-три случайных фразы

Про Блакетта я знаю. Цитата очень любопытная. Может завистники, а может и правда...

Может завистники

Ну, самая величайшая несправедливость случилась в Cavendish Lab уже после ухода Резерфорда - Дирака лишили возможности парковаться рядом с лабораторией! :-)

Откуда это? Я всегда со страхом думала о том, что пришлось пережить Капице, и никогда, нигде не читала о том, что он действительно думал. Невероятно, потрясающе...

Успехи физических наук напечатали в 1997 году, как редакционную статью. В основном, из личного архива Капицы. Это небольшая часть. Там еще много всяких постановлений Большого начальства (вплоть до Сталина) по поводу Капицы и его института, но это, как мне кажется, менее интересно. По крайней мере, для меня.

Успехи физических наук напечатали в 1997 году, как редакционную статью. В основном, из личного архива Капицы. Это небольшая часть. Там еще много всяких постановлений Большого начальства (вплоть до Сталина) по поводу Капицы и его института, но это, как мне кажется, менее интересно. По крайней мере, для меня.

  • 1