traveller2 (traveller2) wrote,
traveller2
traveller2

Category:

ЧП национального масштаба

Преамбула

В 1973 году мы встретились с моим физтеховским другом Сашей Полнаревым (уже не помню, где произошла встреча). Он показал мне огромную, невероятной тяжести книгу, на сияющей глянцем обложке которой было изображено яблоко (задолго до Apple xa… xa…) и написано: Мизнер Торн Уилер “ГРАВИТАЦИЯ”. Саша был явно взволнован: “Ты только посмотри на это чудо. Игорь Дмитриевич Новиков договорился о переводе этой книги на русский и набирает команду переводчиков. Поговори с ним, тебе ведь нужны деньги!”



Русский перевод вышел в 1977 году в трех томах. Перевод М. Баско A. Рузмайкина и A. Полнарева.



Примерно такого размера (только толще, ~ 1300 страниц) была книга Мизнера, Торна и Уилера, выпущенная издательством Freeman в Калифорнии)

Сказать, что деньги мне нужны было бы неправильно. Они были чудовищно нужны. Я только что поступил в аспирантуру, Рита еще была студенткой, и у нас была совсем маленькая дочь. В общем, я переговорил с Игорем Дмитриевичем. Увы, в команду он меня не взял. Сейчас это неважно. Важно, что так я впервые услышал о Джоне Арчибальде Уилере. Знающие люди расказали мне что Уилер — профессор Принстонского университета, в 1960-ые годы был главным действующим лицом в ренессансе классической гравитации; придумал термины: “черная дыра” (black hole; ранее использовалась неуклюжая комбинация “gravitationally completely collapsed object”), червячный лаз (“wormhole”, ранее говорили мост Эйнштейна-Розена, см. мой пост https://traveller2.livejournal.com/525422.html) и квантовая пена (quantum foam: квантовые флуктуации пространства-времени на очень малых расстояниях). “Еще, — сказали мне с благоговением, — Уилер думает о квантовой гравитации (!!!) и написал уравнение Уилера – ДеВитта в 1967 году.” (О Брюсе ДеВитте см. https://traveller2.livejournal.com/495804.html).



О предыдущей карьере Уилера в то время мне ничего не было известно.



Много лет спустя, когда я начал работать над книгами о Плачеке и Пайерлсе имя Уилер совершенно неожиданно для меня стало всплывать контексте американской атомной программы и его совместной работе с Нильсон Бором. И вот сейчас я наткнулся на фрагменты из книги А. Уеллерстайна (она еще не вышла), которая все расставила на свои места. Фрагменты из этих фрагментов я перескажу своими словами ниже. Книга основана на материалах лишь недавно рассекреченных ФБР.

*****

До Второй мировой войны

Джон Арчибальд родился в 1911 году во Флориде, в семье библиотекарей. Он был одним из четырех детей в этой семье.Высшее образование получил в Университете Джонса Хопкинса в Балтиморе (где в возрасте 19 лет напечатал свою первую научную статью) а затем в Нью-Йорком университете. В 1934 году Джон Арчибальд отправляется на два года за океан в Копенгаген, учиться у Нильса Бора. Бор заразил его ядерной физикой. В дальнейшем (1939) они вместе работали над теорией деления ядра. Весть о работе Лиз Мейтнер и Отто Фриша о делении урана привез в США именно Бор, в 1939. Уилер немедленно подхватил эту тему. Бор и Уилер решили применить капельную модель ядра. Тем временем экспериментаторы обнаружили удивительные результаты. Георг Плачек спросил Бора, почему уран делится как очень быстрыми, так и очень медленными нейтронами. Прогуливаясь с Уилером и обсуждая этот вопрос, Бор понял (вот оно, озарение!), что при низких энергиях происходит деление изотопа урана-235, а при высоких деление гораздо более распространенного изотопа урана-238. Они написали в соавторстве еще две работ по делению. Их первая статья появилась в Physical Review 1 сентября 1939 года, в день, когда Германия вторглась в Польшу, начав вторую мировую войну в Европе. В этот же день в Германии был подписан приказ об атомной программе. Руководство немецкой атомной группой было поручено Вернеру Гейзенбергу.

Еще одно судьбоносное событие связанное с Уилером. Именно он взял к себе в аспирантуру Ричарда Фейнмана в 1939 году. Разница в возрасте между ними была всего 7 лет.*

Война и Бомба

В 1942 году Уилер вступил в Манхэттенский проект. Его отправили заниматься реактором для производства плутония. За проектирование и строительство реактора отвечала фирма DuPont. Уилер влился в команду разработчиков, мотаясь
из Чикаго в Уилмингтон, штат Делавэр (где находилась штаб-квартира DuPont). В 1943 г. он перевез свою семью в Уилмингтон. После завершения разработки, в Хэнфорде, штат Вашингтон, началось строительство гигантского комплекса по производству плутония. В 1944 г. семье Уилеров пришлось снова переехать, на этот раз в Ричланд, штат Вашингтон. Джон Уилер был главным научным специалистом в Хэнфорде.

Помимо общей цели у Уилера была и личная причина работать над Бомбой не покладая рук. Его брат Джо был на передовой в Италии. Как-то он послал Джону открытку с одним словом: “Поспешите.” Но открытка пришла слишком поздно. Джо был убит в октябре 1944 года. Уилер писал: “Я не мог перестать думать, что война могла бы закончиться в октябре 1944 года.” Джо оставил вдову и маленькую дочь.

Сразу после первого испытания в Лос Аламосе в июле 1945 года Уилер и его семья вернулись в Принстон. Родной университет, размеренная академическая жизнь… Туда же вернулся и Фейнман. Первое время они работали вместе. Вскоре Уилер основал и стал первым директором Лаборатории космических лучей Принстона. Фейнман пошел своей дорогой.

В августе 1949 года (год моего рождения) в Советском Союзе была испытана первая атомная бомба — точная копия плутониевой бомбы сброшенной на Нагасаки в 1945. Это событие разворошило американских ядерщиков. Как я писал в предыдущих постах, осенью 1945 года почти все физики покинули Лос-Аламос и атомный проект в целом. Многие из них (включая Оппенгеймера и других, на левом фланге) были идеологическими противниками продолжения программы. За продолжение работы над водородной бомбой выступали только Теллер и Улам. Между этими полюсами была большая группа “нейтралов”, ушедших из проекта из-за любви к чистой науке и спокойной жизни на университетских кампусах. Несколько лет Лос Аламосе находился практически в спячке.

После испытательного взрыва в Казахстане в 1949 г. отношение к водородному проекту сильно изменилось как в правительстве США так и — самое главное — у некоторых “нейтральных” американских физиков. В январе 1950 года президент Трумен приказал ускорить работы над водородной бомбой. Просьба Теллера вернуться в Лос-Аламос была услышана физиками. Уилер согласился поехать в Лос-Аламос после разговора с Бором. К нему присоединились двое его аспирантов из Принстона, Кен Форд и Джон Толл.

В Лос Аламосе семейству Уилеров предоставили дом в Банном Ряду (Bathtub Row), в котором во время войны жил Роберт Оппенгеймер. Это подчеркивало уважение, с которым к Уилеру относилось начальство. В 1951 году Улам завершил разработку реалистического проекта водородной бомбы, так наз. проекта Теллера-Улама. Уилеру предстояло вернуться в Принстон с тем, чтобы запустить там два дочерних проекта, две лаборатории: Matterhorn S для изучения термоядерной реакции в целях получения электроэнергии, и Matterhorn В для бомбы. После испытания водородной бомбы в ноябре 1952 года на тихоокеанском атолле Eniwetok план Matterhorn В был постепенно свернут, а Matterhorn S преобразовали в Лабораторию плазменной физики, которая существует и поныне.

Здесь и начинается детективная история о которой я расскажу в следующем посте.

* Примечание:
_____________
На вступительных экзаменах в аспирантуру Принстонского университет Фейнман получил высшую оценку по физике и исключительно высокий ––беспрецедентный –– балл по математике. Однако Фейнман плохо сдал экзамены по истории и английскому языку. Декан физического факультета Генри Д. Смит послал письмо Филиппу Морсу (физик и администратор в MIT) с вопросом: “Ричард Фейнман— еврей? У нас нет определенного правила против евреев, но мы должны сохранять их долю на нашем факультет достаточно маленькой в связи с трудностями их трудоустройства.” Морс ответил, что Фейнман действительно еврей, но заверил Смита, что “внешность и манеры Фейнмана не выдают никаких следов этого обстоятельства.”

Эх куда им, несмышленышам до мехмата МГУ. А задачи-гробы? А завальные “еврейские” спецгруппы на приемных экзаменах? Вот в чем МГУ намного переплюнул Принстон! Кстати, уже в "наши" времена американские университеты (один за другим) принесли извинения за былую дискриминацию евреев. Что-то я не слышал, чтобы Садовничий выступил с подобным заявлением.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments