Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

Новый план

Просматривая отклики на мой вчерашний пост, с изумлением обнаружил, что читатели еще меня не забросили (чего я ожидал), а наоборот, добавились новые!

Теперь, как порядочный человек, я просто вынужден сдержать свое обещание и закончить пост об Арнаутове.

Кроме того у меня созрел план. Недавно на русском языке в Москве вышла моя книга "Рукопись, которой не было: Евгения Каннегисер - леди Пайерс". А еще до этого, книга о Ландау и его учениках (на английском). Когда я их писал, мне пришлось много повозиться, чтобы представить себе в каких условиях работали тогда физики-теоретики, как был устроен их быт. Вот, например, в 1933-36 годах, Лев Ландау жил в Харькове и работал в ХФТИ и Харьковском университете. Его месячная зарплата тогда составляла около 200 рублей плюс еще немного за чтение лекций в университете. Много ли это или мало? Чтобы понять, надо знать цены того времени. Оказалась, что сделать это совсем непросто. Кое-что я раскопал с трудом в разных источниках, включая иностранные. Например, снять комнату одинокому студенту стоило около 15 руб. Пара ботинок около 50 рублей и т.д. Дефицит всего был абсолютным. Например, Георг Плачек вспоминает, что среди харьковских мужчин самым дефицитным товаром были презервативы. Когда он отправился из Копенгагена в Харьков для того, чтобы закончить статью с Ландау, он купил большую коробку презервативов, чтобы раздарить их друзьям-коллегам.

Я подумал, что скоро никто уже не будет помнить, как работали физики-теоретики в 1970х, в частности, в ИТЭФе, и хорошо бы об этом написать, хотя бы коротко. Вот этим я и займусь.

Эриче и Антонино Зикики

Продолжение. Начало см. https://traveller2.livejournal.com/533487.html

Итак, вернемся в Эриче. Город, основанный финикийцами наверное за тысячу лет до Пунических войн и переживший множество иноземных завоевателей, к 50м годам ХХ веки почти захирел. В этом время там осталось всего 12 тыс. жителей. И в этот критический момент он был спасен, причем одним единственным человеком — Антонио Зикики (Antonino Zichichi). Зикики родился в 1929 году в близлежащем городке Трапани, на берегу моря. Получил образование в области ядерной физики и физики частиц в Университет Палермо. И тут ему неслыханно повезло: он попал в экспериментальную группу в ЦЕРНе (Европейский центр ядерных исследований), который в то время только начинал работу, потом в Фермилабе в США, снова в ЦЕРНе и т.д. В 1960 году в возрасте 31 года, ему пришла в голову идея создать в Эриче Фонд научной культуры им Этторе Майорана и Центр под тем же именем.

✸ Нино Зикики и Виктор Вайскопф, который в то время был генеральным директором ЦЕРНа/



✸ Антонино Зикики в 2000х



Мало ли кому приходят в голову какие идеи. Я тоже иногда мечтаю о новой лаборатории в приятном месте. Типичная маниловщина. Самое поразительное, что Зикики это удалось. Как он добрался до правительства и в те непростые для итальянской экономике годы добился от него гигантского гранта — я не знаю. Злые языки говорят, что он связан с мафией, и часть этих денег поступает оттуда. Я этого не видел, поэтому тут помолчу. Так лили иначе Фонд и Центр существуют и поныне. Зикики все еще его директор (сейчас, наверное, формально, а в 2000х абсолютно реально). Фонд издает книги, содержит издательство и административный персонал, Центр проводит конференции, совещания и школы по всем областям точных (и полуторных) наук круглый год, одно мероприятие заканчивается, другое начинается. На каждое приезжает от нескольких десятков до сотни участников. (Сначала была только физика, а сейчас и экономика и биофизика и генетика и т.д.). Фонд Зикики выкупил несколько пустующих монастырей и переделал их в современные общежития (не меняя внешности) и виллу (или пару вилл) которые переделал в административное здание и залы для заседаний. Центр выдает премии молодым физикам, туда приезжающим: за лучший семинар. Он также оплачивает все расходы участникам конференций из небогатых стран (долгое время Россия принадлежала к этому классу), а также, разумеется всем лекторам.

Появились люди — открылись рестораны. Зикики заключил с ними соглашения — они кормят участников его конференций бесплатно, а счет высылают ему в Центр. За физиками и химиками потянулись туристы, сначала из Италии, а потом со всего света. Открылись отели. Уже к 1970 году население Эриче возросло до 18 тыс., а сейчас оно около 29 тыс.

Местные жители считают Нино Зикики полубогом. Пожилые женщины в черных платьях ниже колен, встретив его на улице, целуют ему руку. Сам видел много раз. Он одобрительно кивает головой. Двадцать лет спустя он сделал еще одно благое дело, мицву для итальянских физиков.
В 1980 году началось строительство Национальной лаборатории Гран Сассо –– лучшей физической лаборатории Италии —, одним из главных зачинателей которой был Зикики. (Опять-таки, как он добыл столь немалые деньги — не знаю). С 1986 года он возглавляет «Всемирную лабораторию» — ассоциацию, которая поддерживает научные проекты в странах третьего мира, основанную в 1973 году Исидором Исааком Раби и самими Зикики.

Collapse )

Роберто Печчеи (окончание)

Начало см. https://traveller2.livejournal.com/531160.html

Сегодня у меня выдался свободный день, что нынче случается нечасто. Поэтому спешу закончить постинг о Роберто Печчеи. Звездная работа Печчеи (вместе с Хелен Квинн) была опубликована в 1977 году, когда Роберто было 35 лет. За редким исключением так всегда и случается: лучшие прорывные работы делают молодые люди. С возрастом характер становится более консервативным, копится груз начатых но не доделанных работ, административные обязанности, да и просто взгляд на мир притупляется. Исчезает восхищение и эйфория. Начинает казаться, что ничто не ново под луной. Люди в возрасте склонны задавать вопросы типа "ну и кому это надо." В молодости всего этого нет, ничего еще не пережито, все внове. В общем, понятно.

Мы с Роберто много беседовали о науке, но совместной работы у нас так так и не получилось. Аксионом я занимался в 1979 году, вместе со своими старшими товарищами в ИТЭФе и Новосибирске (сама работа была написана в Новосибирске), кое-что интересное получилось но и сейчас, 40 лет спустя, присутствие аксионов в природе не подтверждено. Правда, 17 июня коллаборация XENON объявила, что они (возможно) видят аксионы. Вот цитата из пресс-релиза:

Kоллаборация XENON, которая проводит самый чувствительный в мире экспериментальный поиск темной материи, обнаружила неожиданный избыток событий внутри своего детектора, который мог бы соответствовать гипотетической частице называемой аксионом. Альтернативно, данные могут быть объяснены новыми свойствами нейтрино. "Несмотря на то, что мы взволнованы этими данными, мы должны быть очень терпеливыми", -- сказал Лука Гранди, физик из Чикагского университета и один из лидеров экспериментальной группы включающей 163 человека, которая называется XENON1T. Гранди сказал, что продолжение эксперимента необходимо для исключения возможного загрязнения атомами трития. Ожидается, что новый эксперимент начнется в конце этого года.

Детектор XENON1T установлен под горой Гранд Сассо в Италии, а участники эксперимента разбросаны по университетам по всему миру, в основном США, Европа и Израиль.




Но путь от "возможно" до "наверняка" весьма и весьма далек, кому как не мне не знать...

Но вернусь в Гамбург 1987 года. Однажду утром ко мне в офис заглянул Роберто и сказал:

-- Миша, мне только что позвонил Гюнтер Дош из университета Гейдельберге. Он хотел бы, чтобы вы приехали к ним на несколько дней, выступили с семинаром... Да и город очень красивый, погулять по нему сплошное удовольствие. Их институт расположен в старом особняке в самом центре, в переулке Философов.

Гюнтера я знал по работам, в то время мы занимались близкими задачами, и мне, конечно, хотелось дать семинар и познакомиться с ним по-настоящему. Но было большое но. Я не имел права покидать ДЕЗИ без разрешения начальства в Москве. Более, того, мне было запрещено говорить об этом кому-либо. А обращаться к начальству мне категорически не хотелось. Я сижу и мрачно молчу. Роберто уставился на меня с изумлением.

Collapse )

Рецензия

Полгода прошло со дня выхода из печати моей книги "Рукопись, которой не было..." Я могу работать серьезно только когда загораюсь. Это чувство ни с чем не спутаешь, оно приходит изнутри неожиданно. Похоже на чувство влюбленности. Раньше или позже, конечно, остываешь. Иногда смотришь на свою научную работу трехлетней или пятилетней давности и думаешь: "Ну и что в ней такого, что заставило работать, как сумасшедшего, дни и ночи, и неделю за неделей?"

Открывая сейчас наугад страницы этой книги, я вижу недостатки, которые пропустил, когда я над ней работал.
В целом, я забыл о ней на полгода„ сначала зловредный вирус и связанный с ним карантин. Теперь я отлично понимаю, что такое домашний арест. Когда-то я смотрел японский фильм, в котором феодал наказал целую семью за какие-то прегрешения таким арестом в их собственном доме на много лет. Они постепенно начали сходить с ума, кажется сын изнасиловал мать, или отец дочь. Не помню. Забыл название этого фильма, забыл все детали кроме этой...

Потом случилось безумное восстание американских леваков, с поджогами и погромами. История повторяется. Похожие события происходили в России 100 лет назад. Тога была образована ЧК, которая террором заправляла. А здесь они обходятся самостоятельно. Сами накладывают на себя цензуру, сами каятся, сами бунтуют и ноги целуют. Омерзительно.

В общем, сижу дома, работаю. Вдруг звонит друг и спрашивает, как купить мою книгу.

-- Какую книгу?.. А... да, да, сейчас посмотрю и перезвоню.

Залез я в Labirint. Там написано, что они продают и бумажный вариант и электронный, последний недорого. Кроме того, электронный вариант можно купить на Литресе и в Амазоне. С удивлением заметил, что несколько человек оставили отзыв на мою книгу. Ниже я привожу один из них, написанный Юлией Юрьевой. Я ее лично не знаю, но благодарю от души. Отзыв доброжелательный. Юлия отметила один нюанс, который -- я понимал с самого начала -- будет камнем преткновения, а именно, несоответствие между мужской ментальностью и женской. Во время работы у меня было три консультанта женского рода, включая мою жену Риту, которые сильно помогли в этом вопросе, но -- увы -- не доглядели.

К сожалению, бесплатные авторские экземпляры застряли в Москве -- переслать их сюда не представляется возможным. Но у меня есть несколько бесплатных экземпляров английского издания -- более подобного, чем русское и со множеством фотографий (правда, оно и более скучное, для профессионалов и любителей истории квантовой физики). Если кому-нибудь из моих американских читателей нужно английское издание, могу прислать.



Итак, Юлия Юрьева

Книга о научной компании двадцатого века. Главная героиня книги, от лица которой идёт повествование, застала Ландау и Бронштейна студентами, Бете и Фриша на пути становления их карьеры и кормила ужинами разработчиков атомной бомбы. Она была внутри истории, и ее личная история тоже заслуживает быть услышанной.

Collapse )

О Льве Яковлевиче Штруме

В моем постинге от 3 декабря 2019 года ( https://traveller2.livejournal.com/526299.html ), посвященном Натану Розену, я мимоходом упомянул Льва Штрума, профессора Киевского университета. В Википедии можно прочесть следующее:

"Лев Яковлевич Штрум (1890-1936)был советским физиком, заведующим кафедрой теоретической физики Киевского университета. 23 марта 1936 года Лев Штрум был арестован, обвинен в участии в «троцкистском заговоре» и расстрелян в Быковне под Киевом. В конце 1930-х годов статьи ученого были уничтожены."

Я думал позднее написать о нем подробнее, но из-за хронического недостатка времени понял, что это "позднее" никогда не наступит. Моя читательница Илана Розенко прислала мне ссылку на очень интересную (на мой взгляд) статью Татьяны Деттмер, которую я и воспроизвожу ниже.*

Физик Лев Штрум. Неизвестный герой знаменитого романа

Татьяна Деттмер

Свободный доступ к архивам в Украине продолжает приносить исследователям интересные открытия. Одно из недавних касается творчества известного советского писателя Василия Гроссмана. Его роман "Жизнь и судьба" – это эпопея о советских людях в эпоху войны, книга, которую нередко называют "Войной и миром" 20-го века. Роман был арестован КГБ в 1961 году и впервые опубликован в СССР только во времена перестройки.

Более чем полвека спустя после создания романа найден прототип одного из его главных героев – физика Виктора Штрума. Им был советский физик-ядерщик Лев Яковлевич Штрум (1890–1936), заведующий кафедрой теоретической физики Киевского университета.

Лев Штрум в студенческой форме, 1910-е годы



Collapse )

Семён Шубин. Окончание

Предыдущий текст см. в https://traveller2.livejournal.com/530133.html



По его же инициативе сразу же после организации физической секции ВАК С. П. была присвоена ученая степень доктора физико-математических наук без защиты диссертации, а также ученое звание профессора теоретической физики.

Объединенными усилиями И. Е. Тамма, А. А. Андронова и их друзей удалось, наконец, добиться решения о замене А. К. Тимирязева на кафедре теоретической физики и начался поиск подходящей кандидатуры на его место. По рассказам Семена Петровича одно время рассматривалась кандидатура физика-теоретика Пауля Эпштейна (1883— 1966), окончившего в свое время МГУ, но с 1919 г. работавшего в Швейцарии. Однако этот вариант отпал после того, как Эпштейн выдвинул в качестве предварительного условия оплату его долгов советским правительством. Тогда И. Е. Тамм предложил кандидатуру профессора Леонида Исааковича Мандельштама (1879—-1944), возглавлявшего кафедру физики Одесского политехнического института, на который в 1921—1922 гг. работал Игорь Евгеньевич. В Одессе он стал большим другом Леонида Исааковича, хотя в их характерах и образе жизни было мало общего. В отличие от экспансивного Игоря Евгеньевича, заядлого путешественника и альпиниста, Леонид Исаакович отличался спокойным и уравновешенным характером типичного ученого-мыслителя. Семен Петрович сразу почувствовал к нему не только глубокое уважение, но и большую симпатию. Со своей стороны Леонид Исаакович быстро оценил способности С. П. и привлек его к научной работе на кафедре. Именно у него Семен Петрович в 1927 г. защитил диплом с отличием, после чего по рекомендации Л. И. Мандельштама был оставлен аспирантом при его кафедре. По рассказам С. П. у Леонида Исааковича периоды активной умственной работы иногда сменялись периодами разрядки, когда он много времени уделял чтению литературы. Прекрасно зная французский, немецкий и английский языки, он отдавал предпочтение французским романам XIX века.

Таким образом, за годы своего учения в МГУ Семен Петрович очень быстро из способного студента превратился в молодого ученого в области теоретической физики, которому преподаватели и друзья-студенты единодушно предсказывали блестящее будущее. Но Семен Петрович был не таким человеком, чтобы полностью посвятить себя научной карьере. У него были также и другие интересы и увлечения, от которых он не хотел отказываться даже во имя физики. С самой ранней юности он проявлял большой интерес к политике, но только поступив в МГУ, стал принимать активное участие в общественной жизни. В 1924 г. он вступил в комсомол и, благодаря своим незаурядным ораторским способностям и темпераменту, быстро завоевал авторитет в комсомольской среде. С осени 1924 г. в комсомоле начались бурные дискуссии с троцкистами. В своей фракционной борьбе с партийным руководством они уделяли особое внимание пропаганде своих идей в студенческой среде. Их усилия не оказались полностью бесплодными. В частности, к троцкистам примкнул тогдашний секретарь комсомольской организации МГУ Аркадий Апирин. Будучи неплохим оратором с демагогическим уклоном, он совершенно забросил занятия и посвятил себя пропаганде троцкистских идей среди студентов. Семен Петрович хорошо знал его и сначала даже иронически относился к его речам, но позже Апирину удалось склонить его на свою сторону. Такой поворот можно объяснить тем, что в отличие от научной работы, Семен Петрович в своей общественной деятельности полагался скорее на эмоции, чем на исторический опыт и здравый смысл. Наш отец, всегда относившийся отрица-тельно к троцкизму, пытался разубедить Семена Петровича но безрезультатно. Оставшись в меньшинстве среди комсомольцев МГУ, Апирин был вскоре снят с поста секретаря организации.

Collapse )

Семён Шубин

Сегодня воскресенье. Значит, можно отвлечься. Хочу рассказать кое-что о физике, судьба которого очень похожа на краткую жизнь и трагическую смерть Матвея Бронштейна (см. https://traveller2.livejournal.com/450275.html и https://traveller2.livejournal.com/450351.html ).
Если о Бронштейна много писали в связи с его ранними идеями о квантовой гравитации, и широкой публике он известен из книги его вдовы, Лидии Чуковской "Прочерк" (Москва, Время, 2009; см https://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/?t=page&num=13148 ), то Семен Петрович Шубин известен в гораздо меньшей степени.

Семен Петрович Шубин с женой Любовью Абрамовной. Ишим, 1929. год



По своей необразованности услышал я о нем всего несколько лет назад, когда работал над книгой о Пайерлсах. У меня в руках оказалось письмо Джеймса Франка от 31 октября 1937 года, написанное Вольфгангу Паули. Джеймсу Франку (1882-1964), нобелевскому лауреату 1925 года, удалось вовремя покинуть Германию, а Паули все еще был в Европе. В этом письме Франк спрашивает, что он (Паули) слышал о некоторых физиках в России (уже начался Большой террор). Письмо написано от руки, почерк у Франка ужасный, и в одной из фамилий я разобрал только начало Sch... Поискав в Вики обнаружил, что действительно был такой выдающийся физик на Урале, Семен Петрович Шубин, и действительно он был арестован НКВД в 1937 году и расстрелян в 1938. До сих пор не знаю, его ли имел в виду Франк.

Прошло несколько лет, и проглядывая свой ФБ, я наткнулся на пост Михаила Кацнельсона, твердотельщика с мировым именем, в котором черным по белому было объяснено насколько выдающимися были те немногие работы, которые успел опубликовать Шубин. Он же прислал мне сборник "С.П. Шубин" изданный под его редакцией в Свердловске в 1991 году мизерным тиражом (В Америке он есть только в Библиотеке Конгресса). С его любезного разрешения, я помещу на этих страницах некоторые отрывки из этого сборника. Но не сразу, а постепенно.



Из ТвН, 29 сентября 2009 г. М. Кацнельсон. "Мой научный дедушка"

Совершенствовать общественное устройство с помощью революций – все равно что ремонтировать барахлящий телевизор, стуча по нему кулаками и топая ногами по полу. Иногда помогает, на какое-то время. Иногда, правда, и терять уже нечего. Но телевизор потом все равно приходится выбрасывать.

Взболтать общество, взбаламутить застоявшуюся воду, инициировать чудовищный всплеск человеческой активности… Это может быть во многих отношениях полезным. Никаких сомнений, что в советское время многие науки, особенно физика и математика, получили мощнейший импульс и процвели так, как и не снилось дореволюционной России. И вот мы сделали ракеты, и перекрыли Енисей, да и в области балета, сказать по совести… Впрочем, в балете не разбираюсь. Выжившие в потрясениях советского периода ученые оказались молодцами. Беда в том, что очень, очень многие не выжили, и можно лишь догадываться, какими молодцами могли бы стать они otherwise. И речь не только о цели и средствах. Террор кроме всего прочего нефункционален и неэффективен. Советская наука впоследствии, при первых дуновениях относительно свежего ветра, продемонстрировала полнейшее отсутствие запаса прочности. Слишком многие погибли. Слишком многие, как сказал по аналогичному поводу Чоран, – еще хуже. [...]

В прошлом году отмечалось столетие со дня рождения, бесспорно, величайшего из советских и российских физиков, Льва Давидовича Ландау. Приняв чересчур близко к сердцу идеалы революции, он в молодости активно погрузился на короткое время в политику, был арестован в 1937 г. (впрочем, могли и без реального увлечения политикой), провел год в тюрьме и чудом спасся.

Семен Петрович Шубин, ровесник Ландау и, по мнению его учителя, лауреата Нобелевской премии Игоря Евгеньевича Тамма, физик сопоставимого с Ландау потенциала, прошел сходный путь, но закончился он более, так сказать, логично – смертью в колымских лагерях в возрасте тридцати лет «от обморожения и упадка сердечной деятельности» [...]

[Когда] было принято решение о создании Уральского филиала Ленинградского физико-технического института (впоследствии – Институт физики металлов, где мне пришлось проработать много лет), С.П.Шубин был назначен начальником теоретического отдела вновь создаваемого института, а в 1934 г. он становится, без защиты кандидатской и докторской диссертаций, доктором физико-математических наук и профессором. Таинственные изгибы сталинской кадровой политики. [...]

В 1934-1936 гг. появляется серия работ Шубина и Вонсовского по так называемой «полярной модели металла». Одновременно Шубин публикует важнейшую (к сожалению, сильно недооцененную) статью «К теории жидких металлов». Здесь неуместно объяснять научное значение этих работ. Скажу лишь, что они заложили основы того научного направления, развитие которого впоследствии принесло Нобелевские премии крупнейшим физикам современности, англичанину Невиллу Мотту и американцу Филиппу Андерсону. Концепции того, что сейчас называется «моттовским» и «андерсоновским» переходами металл – изолятор, явно содержатся в работах Шубина. Развить свои идеи он не успел. [...]

✪ ✪ ✪

Из сборника 1991 года под редакцией Вонсовского и Кацнельсона:



СПРАВКА

Дана гражданке Ш У Б И Н О й Любови Абрамовне
в том, что определением военного трибунала У Р В О
от 7 февраля 1956 года постановление особого совещания
при НКВД СССР от 9 апреля 1938 года в отношении
ее мужа — ШУБИНА Cемёна Петровича отменено и
дело производством зa отсутствием в его действиях
состава преступления п р е к р а щ е н о.

✪ ✪ ✪

Справка-информация о тов. Шубине С. П.
(Получена по просьбе бывшего первого секретаря Магаданского обкома КПСС А. Д. Богданова.

Шубин Семен Петрович, 1908 г. рождения, уроженец г. Либава (Латвия), беспартийный, по национальности еврей, образование высшее, научный работник—физик. Владел свободно русским, французским, немецким и английским (слабо) языками.

На момент ареста был женат, жена Шубина Любовь Абрамовна, трое детей, самому старшему в 1939 г. было 4,5 года. Проживал в г. Свердловске по ул. Шейнкмана, д. 19, кв. 108. Работал зав. отделом в Уральском физико-техническом институте (г. Свердловск), имел ученое звание профессора. В 1929 г. подвергался административной высылке, в 1930 г. высылка отменена.

Арестован 24 апреля 1937 г., 9 апреля 1938 г. осужден к 8 годам лишения свободы Особым совещанием при НКВД СССР по ст. 58-10, ч. 1 и 58-1 (за контрреволюционную троцкистскую деятельность), дело № 8367 находится в г. Свердловске.

В материалах личного дела имеются сведения о том, что 3—4 марта на 1938 г. Шубин С. П. был серьезно болен (температура 40°) и находился на излечении в больнице СМ3 г. Свердловска. В эти дни для него была получена передача от родственников. Убыл из тюрьмы г. Свердловска 11 мая 1938 г., прибыл в Севвостлаг 1 июля 1938 г.

26 июля 1938 г. комиссией рекомендован «тяжелый труд», с 13 ноября 1938 г. числился лесорубом, объект работы — район 223 км основной трассы.

Скончался 20 ноября 1938 г. Обстоятельства смерти зарегистрированы в акте о смерти, который находится в личном деле заключенного: «...умер на подкомандировке 223 км лесозаготовок 20 ноября 1938 г.

Диагноз: Возвращаясь с работы, от слабости сердца по дороге упал и за время доставки на лошади ... с командировки 223 км в стационар п. Атка умер. Причина смерти: умер от упадка сердечной деятельности и обмораживания».

В деле имеется акт о предании трупа земле, составленный в п. Атка, в котором указано, что 20 ноября 1938 г. «труп заключенного Шубина С. П. похоронен на отдельно отведенном кладбище для заключенных...»

По сообщению прокурора области лица, осужденные в Центральных районах страны, подлежат реабилитации по месту осуждения, т. е. по тов. Шубину С. П. данный вопрос должен решаться Свердловской облпрокуратурой.
Зав. государственно-правовым отделом обкома КПСС
22. XI. 89 430/5 вб-2
В. Разумов


Подпись, печать

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Как приятно когда тебя помнят

Восемь лет назад, 27 августа 2012 года я написал в ФБ:

The last good bye rendez-vous with Xiaoyi Cui. She leaves for Europe.
Дан приказ ему на запад, ей в другую сторону ...

***

Шиаойи была моей аспиранткой, защитилась летом 2012, получила пост-докторскую работу в Германии и уехала в Бонн.



Прошло много лет, Шиаойи вышла замуж за молодого китайского физика и сейчас она
-- профессор, как и ее муж, и работают они вместе в университете им. Сунь Ятсена в городе Zhuhai, про который говорят, что это один из лучших китайских городов, научный инкубатор в специальной экономической зоне на берегу моря напротив Макао. С того времени лишь однажды мы пересеклись на 10 минут на конференции в Гамбурге.

И вот, совершенно неожиданно несколько дней назад получаю от нее электронное письмо. Вот что она пишет:

Дорогой Миша!

Я знаю, что у вас разгорается эпидемия коронавируса. Мои друзья из Миннесоты пишут, что из магазинов исчезли медицинские маски. Пожалуйста, разрешите мне выслать вам несколько упаковок. У нас их навалом. Ваша Шиаойи.

Вчера пришло новое письмо, с фотографией и пояснениями.



"Дорогой Миша!

Это маски, которые мы купили в Японии, когда были там на конференции два месяца назад. Они должны быть лучшего качества, чем китайские.

В двух синих пачках (каждая по 7 штук) маски обычного размера. Коричневая упаковка меньше по размеру. Эти маски наверное лучше подойдут Рите. Они хороши для ежедневной защиты, например, для похода в магазин. В принципе, они одноразовые (гидрофобы, то есть, если они намокнут снаружи, нужно заменить другой).

Две маленькие белые пачки (каждая по 2 штуки) - это маски сделанные в Китае. В хорошем состоянии они многоразовые. Они фильтруют достаточно мелкие частицы/вирусы, до 95% при правильном употреблении (между краем маски и кожей не должно быть зазора), но они не гидрофобные и, следовательно, не предназначены для клинического использования. В крайних случаях, пожалуйста, используйте N95 вместе с одной обычной маской для лучшей защиты (лучше носить маску N95 внутри, а обычную снаружи).

Поскольку мы больше доверяем японскому качеству, то рекомендуем использовать японские маски в нормальной ситуации.

Ваша Шиаойи"

***

А это для улыбки. Посмотрите, какое уютное гнездышко сделала полевая мышка раздербанив рогожу, которой Рита укутала на зиму розы.

Очень грустный пост

По улице моей который год
звучат шаги – мои друзья уходят…





С большой, почти невыносимой грустью я пишу о внезапной смерти (20 марта 2020 г.) Миши Волошина, одного из великих теоретиков золотого века физики высоких энергий (HEP). Он родился в 1953 году, и был одним из тех, кого называют вундеркиндом. В 1970 г. в возрасте 17 лет, Миша участвовал в IV Международной физической олимпиаде (1970) и получил золотую медаль. Дальше был Физтех. В институте Теоретической и экспериментальной физики (ИТЭФ) — в ту пору главный советский центр НЕР — он появился в теортделе где-то на четвертом курсе, скромный улыбчивый мальчик. Его первой студенческой работой (предложенной ему Окуном и Кобзаревым) был распад ложного вакуума. За неделю Миша развил теорию этого явления. И какую красивую теорию! Статья вышла в 1974 году; ее результатами активно пользуются до сих пор. Они попали в учебники. Я хорошо помню это время и возбужденные обсуждения, последовавшие за этой работой.

После открытия J/ψ в ноябре 1974 года в НЕР произошла революция, которая носит название Ноябрьской революции. Миша быстро стал одним из ведущих одним из ведущих исследователей квантовой хромодинамика и, в частности, теории тяжёлых кварков. Он был безусловным знаменосцем в этой области до последних дней. Миша одинаково охотно обсуждал физику и с теоретиками и с экспериментаторами во всем мире. У него были чрезвычайно высокие стандарты и принципы — от слабых необоснованных работ он отмахивался обеими руками. Докладчиков на семинарах, выступавших с предположениями или аргументами, взятыми “с потолка”, Миша никогда не щадил. Его замечания были вежливыми, но убивали наповал.

Физика была его страстью. Миша никогда не предавал базисный принцип о том, что теоретическая физика основывается на эксперименте. Своим универсализмом Миша был похож на Ричарда Фейнмана. Он знал всю физику, не только квантовую: от классической термодинамики до черных дыр. Он мог на пальцах сделать оценку любого физического эффекта. Миша чувствовал законы физики всем сердцем. Он мог разобрать и починить компьютер, отсканировать архаичные слайды, посоветовать какую фотокамеру следует купить для той или иной цели. За 47 лет истекших со дня нашей первой встречи он располнел (после того как бросил курить), но его улыбка осталось той же. Он всегда был добродушен к студентам, которые очень любили и ценили его лекции.

Наши взгляды на физику и жизненные проблемы не всегда совпадали, бывали у нас и разногласия. Начиная с середины 1990х, уже в Америке, я понял, что его и моя точки зрения сближаются, и вскоре мы стали полностью понимать друг друга.

О болезни Миша не распространялся. Он всегда был скрытным. В конце ноября 2019 в разговоре с Горским он сказал: “дотянуть бы до конца семестра, а потом окончательно сдаваться врачам”. После конца осеннего семестра он появлялся в институте, но не каждый день. Выглядел неважно, хотя его поведение внешне не изменилось. Только после его смерти мы узнали, что у Миши диагностировали лимфому, он проходил химиотерапию, и после одного из сеансов сердце не выдержало.

До сих пор у меня какая-то дыра в сердце. Смерть Миши Волошина — удар не только по нашему институту в Миннесоте, но по всей мировой физике. Заменить его невозможно. Каждый день я получаю десятки писем с соболезнованиями от коллег из США и из всех стран Европы. К сожалению, в Москве это событие прошло почти незамеченным. Да и не удивительно.


Био: Родился 14 мая 1953 г.
Его отец был инженером-нефтяником.
Если мне не изменяет память, Миша родился где-то заграницей
(кажется, в Бухаресте), куда его отец был направлен в командировку для
помощи в нефтяной области.
В 1970 г. окончил 57 школу в Москве.
1970-1976 на Физтехе
Защитил кандидатскую диссертацию в 1977

Награды: Академии наук СССР (1983)
Премия Сакураи (2001)
Премия Гумбольдта (2004)

Жена, двое детей

Естественный отбор, или грустные мысли




В конце декабря в нашем институте каждый год рассматриваются кандидаты в постдоки. Молодые люди, которых после защиты диссертации берут на работу на два академических года по ограниченному контракту. В нашей области — физике высоких энергий — обычна ситуация, когда до получения постоянной работы приходится проходить три постдокторских срока, 6 лет. В редких случаях два или четыре. Тяжелая кочевая цыганская жизнь. Каждые два года — новое место работы и, как правило, место жительства, новые люди, новые друзья. Каждые два года заканчивается цикл — и снова поиски работы. Чуть расслабишься и все, ты аутсайдер, вылетаешь из академического жизненного круга. Навсегда. Мало кому в эти годы удается завести семью или построить прочные отношения…

Вот я сижу за письменным столом. Передо мной толстая стопка, 150 заявлений. Из них надо выбрать 5-6 для короткого списка, а из него одного-двух человек, которым будут отправлены письма с приглашением на работу.

Я читаю досье, одно за другим, делаю пометки. Все эти мальчики и девочки были лучшими в своем классе, на своем курсе в университете, получали всевозможные награды и премии, гранты, и карабкались вверх. В аспирантуре искали темы для исследований, писали статьи, выдержали 5 лет непрерывной гонки и добрались до самого верха. И вот, сразу после защиты пришел день Х. Решается их судьба.

Я закрываю глаза и вижу их одухотворенные лица. Боже, как трудно быть богом. Как трудно сделать выбор. Надежда еще греет их сердца. “Выбери меня, выбери меня…”

Мне безумно их жалко. Я бы выбрал половину, но нет … это невозможно. Скольким из них придется покинуть физику к весне? Смогут ли они перенести то, что около десяти лет профессиональной деятельности коту под хвост? Найдут ли силы сделать крутой поворот на жизненном пути и пойти дальше?

Вот такие грустные мысли…

ПС В этом году произошла радикальная смена тематики. Почти нет заявлений по теории струн. Всего около десятка заявлений по квантовой теории поля и теоретической физике высоких энергий. 80% заявлений по астрофизике и космологии.

ППС Оказывается, аналогичный пост про прием в аспирантуру я написал 7 лет назад.
https://traveller2.livejournal.com/225655.html
Но постдокам несравненно тяжелее.