Category: психология

Category was added automatically. Read all entries about "психология".

(no subject)

Сегодня выпал первый снег. По случаю этого “невероятного события” занятия в университете отменены. Снег действительно обильный, мокрый и тяжелый. Все утро разгребал выезд из гаража. Пока руки делали дело, мозг блуждал, где ему вздумается. И почему-то вспомнилось мне далекое прошлое. Мне 19. Первая любовь. Моя избранница — назовем ее Л. — на два года младше меня, жила рядом, в соседнем доме. Юноша я был романтический, книжный и совершенно неопытный в любовных делах. Видимо поэтому она казалась мне неземной жительницей — худенькая, смугловатая, с темными волосами и милой улыбкой. Лицо ее украшали очки. Я не случайно пишу “украшали”. Обычно, девушки их избегают, но ей они действительно шли.

Я звонил Л. Мы говорили о том, о сем. Изредка встречались у общих знакомых. Иногда я приглашал ее в кино или в театр. Как правило, у нее не было времени. В силу своей неопытности я воспринимал ее отговорки за чистую монету.

Однажды наша кафедра математики объявила конкурс на решение хитроумных задач. Победителям полагалась денежная премия. Поскольку мое состояние тогда было близко к состоянию Пушкина во время болдинской осени, я быстро справился со всеми задачами и выиграл первую премию — кажется, 50 рублей, что равнялось моей месячной стипендии.

Тут же позвонил Л. Я был как пьяный. Нет, намного лучше, намного выше. Я рассказал ей о своем успехе и предложил поужинать вместе в каком-нибудь ресторане. Пригласить девушку в ресторан — это был первый в моей жизни опыт подобного рода. Сердце колотилось, в голове пульсировала голубая туманность.

И тут она сказала нет. Прошло несколько секунд прежде чем до меня дошла бесповоротность этого “нет”. Туманность разорвалась в клочья. Вместе с ней ушли подъем и вдохновение. Как будто растаяли. Сейчас-то я знаю, что во всем виноват вброс гормонов, но тогда об этом не имел никакого понятия.

Все пропало. Вечерами я подолгу сидел у окна, уставившись в точку. Не помню, о чем я тогда думал. Возможно о том, что жизнь кончилась. Или вообще ни о чем. Окно моей квартиры выходило на переулок, по которому Л. шла домой, иногда она мелькала внизу, что отзывалось глухим ударом.

“Ну что ж, лицом не вышел, такое бывает” — утешал себя я. Мажоры того времени ходили в голубых джинсах и поступали в МГИМО. Недостижимость второго меня, к счастью, не волновала. Не лежало у меня к этому сердце. А вот джинсы… “Да, — трезво оценил я свой appeal в глазах противоположного пола, — если и не полный урод, то наверняка ‘бросовый товар’.” Мысль эта застряла у меня в мозгу. Самооценка у меня была низкой, тому есть причины, но здесь не место их перечислять.

Сейчас, глядя на свои студенческие фотографии, я вижу умеренно привлекательного молодого человека, хотя и нетипичного. “Likable”, как говорят американцы. Осмысленный взгляд, естественная улыбка, не атлет, но без лишнего веса. Правда, одевался я довольно бедно — часть одежды мне саморучно шил дед, к тому времени наполовину слепой. Но в 1920х он слыл лучшим мужским портным в своем местечке.

Теперь я понимаю, что скорее всего у меня не было никаких шансов. Таких как я в России зовут “ботанами”, а в Америке “nerds”. К тому же, отец Л. был заметным человеком в МИДе, т.е. по тем временам просто небожитель.* Летом Л. ездила к нему в гости в какую-то большую европейскую столицу. Я ей был совершенно не нужен.

Несколько месяцев депрессии — в общем-то небольшая плата за жизненные уроки. Время — хороший целитель. Я встретил другую девушку, с которой у нас вспыхнула большая любовь. Многому научился, хотя и с большим опозданием. Вместе мы прошли через драматические перемены, испытания и ошибки — а у кого их нет? Всё позади. Планы на будущее — …

Тут гора снега, которую требовалось разгрести, подошла к концу. О планах на будущее я додумаю как-нибудь в следующий раз.

===========================

* Вскоре я понял, что работать в советском МИДе -- большое несчастье.

Депрессия

stefano4

Несколько лет назад, как обычно в конце сентября, к нам приехал новый постдок, назовем его Пьетро, итальянский мальчик необычайной талантливости и симпатичности. Если бы я был девушкой, я бы влюбился в него с первого взгляда. Его темные глаза всегда излучали внутренний свет. Иногда, когда прядь волос сбивалась на лоб, он поправлял ее царственным жестом.

Как-то в конце ноября - только что выпал первый настоящий снег, и сразу полметра - я засиделся у себя в офисе до ночи. Сейчас уже не помню почему. В Институте было совсем пусто, только в глубине коридора мелькал огонек. Вдруг я услышал странный звук. В открытию дверь вошел (или ввалился, не знаю, как сказать) Пьетро. Он почти рыдал. Сказать ничего толком не мог. Единственное, что я смог разобрать: "Помогите мне".

Я немедленно повез его в ER в близлежащий госпиталь. Дождался врача, который Пьетро осмотрел, спросил меня кем я ему прихожусь, сказал, что у него по-видимому глубокая депрессия, они оставляют его на ночь, и чтобы я приехал наутро, уже не в ER, а собственно в госпиталь.

Наутро ехать одному мне было страшновато. Мы поехали с Ритой. Встретились с лечащим врачом, она подтвердила диагноз и сказала: "Вполне возможно, вчера вы спасли ему жизнь. Пик мы сняли, но ему еще долго придется подбирать антидепрессанты и, главное, правильную дозу. Я уже созвонилась с университетской студенческой клиникой, его примут вне очереди. Есть ли у него родственники или близкие друзья тут, в Миннесоте? Оставаться одному ему сейчас нельзя."

Мы переглянулись с Ритой, я ответил, что у него никого нет, он недавно приехал, но мы возьмем его на несколько дней к себе домой.

Collapse )

Филип Безенсон

Автопортрет.



Автопортрет в парикмахерской.



Ню 1



Ню 2



Ню 3



Филип Безенсон на жизнь зарабатывает как психолог. Картины теперь пишет редко и больше не продает.

PS. Кликнув дважды, можно сильно увеличить.