Category: семья

Category was added automatically. Read all entries about "семья".

Юбилей разгрома нацистской Германии / кое-что для памяти

Вот единственная чудом сохранившаяся фотография моего прадеда и прабабушки. Прадед Мойше-Велвл Шифман (1865-1942) и его жена Маня (1873-1942) умерли почти одновременно в 1942 году –– от малярии и дезинтерии. В июне 1941 г. под бомбежкой они пешком бежали с семьей из Турова (ныне Беларусь) и были эвакуированы на Кавказ. Тяготы эвакуации догнали их и там.



Фото приблизительно 1938 года.

Вот, что написал мой отец, внук прадеда Мойше-Велвл Шифмана в своих разрозненных записках:

"Немецкие самолеты днем и ночью бомбили Туров, и наши войска, которые обороняли город. В городе началась паника, пожары и эвакуация. Поскольку железной дороги в Турове нет, мы 30 июня 1941 года сели в лодку и поплыли вниз по течению реки Припять, плыли трое суток не останавливаясь, и на станции (неразборчиво) я пересел в поезд, который довез до Москвы, где меня тут же призвали в действующую армию. Никаких вещей и документов из Турова взять не удалось, все наше имущество было разграблено или сожжено немецкими войсками. Мать больше всего убивалась по корове-кормилице."

Недавно мой двоюродный дядя подготовил любопытный документ озаглавленный "Семья Шифманов во Второй мировой войне и Холокосте". Чтобы все это не затерялось среди прочих бумаг (и в надежде, что настанет время, когда внуки прочтут это), приведу здесь несколько выдержек.

Участники войны во фронтовых действиях:

✡︎ Пиня Шифман
Григорий Мигдалович
Айзик Шифман
Аркадий (Арон) Шифман
Борис Шифман
✡︎ Григорий Халинский
Ефим Шифман
✡︎ Арон Кунда
Михаил Шифман (Менахем Штофенмахер)
Леонид Шик
✡︎ Шевах, Моше и Иосиф Лайхтманы
Айзик Лайхтман

Шестиконечной звездой помечены погибшие. Далее идут погибшие в Холокосте:

Collapse )

Любовь и математик



Лев Семёнович Понтрягин (1908-1988) — один из крупнейших математиков XX века (если не самый крупный), вышедших из Московской школы. Хотя я далек от чистой математики, его результаты использую регулярно, так широко они разошлись в точных науках, вплелись в ее ткань. В 14 лет он полностью лишился зрения, и тем не менее смог не только осилить школу, но и блестяще закончил Мехмат МГУ в 21 год. В 31 год (!) он стал член-корреспондентом АН СССР.

Всем этим он был обязан матери. Не обладая никаким специальным математическим образованием, она вместе с сыном взялась за изучение математики, вместе с ним прошла подготовку к поступлению в университет, а после зачисления стала в прямом смысле глазами сына: выучила немецкий язык и читала сыну — иногда сотни страниц в день — математические статьи из немецких журналов.

Понятно, что вокруг такого неординарного человека много историй и легенд. Тема женщин в жизни Льва Понтрягина не осталась в стороне (см., например, https://blog42.ws/zhenshhiny-akademika-pontryagina/ а также воспоминания Розы Яковлевны Берри https://taki-terrier.livejournal.com/13683.html). Во многом, благодаря автобиографии «Жизнеописание Л. С. Понтрягина, математика, составленное им самим», к которой я еще вернусь.

Несмотря на слепоту, личная жизнь Понтрягина протекала бурно; помимо того, что он был дважды женат (1941 и 1958), было много "коротких" романов, о которых он упоминает, не называя имен, но не без скрытой гордости. (Свои мемуары он диктовал жене, что, разумеется, заставляло его проявлять сдержанность.) Из тех же мемуаров понятно, что женщины обращали на Понтрягина довольно пристальное внимание. Возможно вначале из любопытства (еще бы, слепой человек, в 31 – член-корреспондент Академии наук). Как пишет AG в вышеупомянутом блоге blog42.ws, “при более близком знакомстве, на женщин, очевидно, производило впечатление незаурядная личность Понтрягина, его интеллектуальная сила. Однажды, будучи на отдыхе в Крыму, Понтрягин познакомился с одной замужней женщиной, когда купаясь в море, заплыл далеко от берега. Там, в море и состоялось их знакомство, переросшее затем в любовную связь.”

Collapse )

Женя –– Рудольфу Пайерлсу (и немного о Ландау)

Женя –– Рудольфу Пайерлсу (и немного о Ландау)

Продолжение. Начало см. https://traveller2.livejournal.com/507965.html


Ленинград,
31 июля 1931 г.
sl/140/p.336

[…]

Руди, дорогой!

Вчера я отлично провела время! Я и Аббат пошли на финальный теннисный матч Москва — Ленинград. Я почувствовала, как мое сердце вспыхнуло от волнения — как это было красиво! Особенно мужские пары. Женщинам нет смысла играть, потому что они хуже мужчин. Ну не могут должным образом отбить мяч. В общем, видеть их в одной команде с мужчинами совершенно неприятно.

Решающая игра была остановлена из-за темноты. Сегодня они должны были продолжить, но я не могла пойти; я так расстроилась, что чуть не заплакала. Еще одна сенсация — это «ситуация» Дау с женщиной, которая, по словам Аббата, принадлежит к 92-ому классу. Дау считает, что она из 2-го класса. В любом случае она выглядит довольно вульгарно, с ярко накрашенными губами и желтоватым лицом из-за веснушек.

Мы не смогли разузнать о ее других чертах. Она замужем, и Дау склонен рассматривать эту ситуацию асимметричной или нулевой. Ее муж — ужасный зануда. Дау для него горше паренной репы, и поэтому муж терпеть не может с ним пересекаться. Дау и Аббат почти что утопили невинную даму в Неве. В общем, Дау старается как только может. Это забавно, но он выглядит отвратительно, подавлен, и «ситуация» (хотя Дау и отвергает этот термин) вовсе не веселая. Ты знаешь, он может поехать в Теберду вместе с нами, а потом, когда мы отправляемся в Сухуми, он поедет в Гагры. Ты доволен? Но я провозглашаю, что там Pauli Verbot on theoretische Physik, иначе я засну и скачусь с горы. Ты будешь против? Дау дает свое согласие.

Завтра Аббат отправляется на Кавказ — в Сочи и Сухуми; затем в Одессу. Здесь все либо уезжают, либо приезжают: лето! Невероятно, что через две недели я могу сесть на поезд вместе с тобой. Нина и Исай Бенедиктович сегодня должны уже быть в Гаграх. Нина [сестра Жени -tr2] прислала мне смешное письмо, написанное в стихах, и отправленное по почте откуда-то по дороге.

О, как поздно!

Мой дорогой, здесь у нас есть термин «дачный муж» — мужчина, чья семья на даче, а он ездит туда из города после работы с горой покупок. Этот «дачный муж» — персонаж некоторых юмористических сочинений, в том числе и пьесы Шолом-Алейхема. Обидешься ли ты, если один раз я попрошу тебя сыграть роль «дачного мужа» или, лучше сказать, скажем, «заграничного мужа»? Хорошо? Ну, если это не сложно, хлопотно и т. д. (я стараюсь быть вежливой), то пожалуйста, привези:

1. Neurosmon в таблетках, номер 50 (Fabr. Promonta Hamburg), две упаковки;
2. Пирамидон: чем больше, тем лучше — мама поглощает его, как хлеб;
3. Если это не составит проблем, пожалуйста, купи серую шляпку № 56;
4. Привези вазелин и т. д. для гор. Помнишь мое состояние в прошлом году? Ну, ты сам это знаешь. Это все пока. Если я вспомню что-то еще, я напишу в следующем письме.

5. Привези себя, в первую очередь! Пожалуйста! Это будет для меня лично — не для мамы. Мне больше ничего не нужно.

Дорогой, дорогой, я тебя крепко целую, выкручивая шею!

Самые лучшие пожелания всем, особенно Нине [жена брата Рудольфа Пайерлся -tr2].

This entry was originally posted at https://traveller2.dreamwidth.org/674168.html. Please comment there using OpenID.

(no subject)

Хотите верьте, хотите нет, но оказывается Рудольф Пайерлс, известный физик-ядерщик, участник Манхеттеновского проекта, почти всю жизнь проживший в Англии, и один из величайших математиков 20-го века, Владимир Арнольд, почти всю жизнь проживший России — родственники, хотя и дальние. Только одной лишь КАМ-теоремой (теоремой Колмогорова-Арнольда-Мозеса) Владимир Арнольд обессмертил бы свое имя. А ведь сколько всего он успел сделать за свою жизнь (12 июня 1937, Одесса — 3 июня 2010, Париж). Он просил бы дольше, если бы не попал в аварию в Париже.

Характер родственных отношений объяснил мне Максим Арнольд, его племянник. Для наглядности щ представил ее в виде дерева.



Владимир Арнольд в центре внизу, а Рудольф Пайерлс чуть выше и левее.

Вообще семья Мандельштамов была огромной, из нее вышло много славных представителей и представительниц. Достаточно упомянуть Иоакима Мандельштама, крупного промышленника заложившего основы российского судостроения в конце 19-начале 20 века. Кстати его сын Леонид был поэтом и террористом. В начале красного террора в 1918 году он убил в Петербурге М. Урицкого, председателя питерского ЧК. Его подпись стояла под приказами о расстреле сотен, если не тысяч,ни в чем не повинных заложников.

Леонид Мандельштам был выдающимся радио-физиком на заре становления физики в СССР. Ну и наконец, Осип Эмильевичч Мандельштам, величайший русский поэт 20-го века. К сожалению он на моей схеме не уместился. Вот, что пишет Максим:

“Если обозначать отношение "отец-сын" через “>”, То в глубь времени от Емельяна (на самом верху) дерево выглядит
следующим образом:

Емельян<Йозеф< Гирш < Мандель и далее вниз
Мандель> Йезекиль> Тевель> Александр> Гирш(Григорий)> Исаак
Где-то в районе Йезекиля проходит ответвление, идущее к Осипу
Эмильевичу. Мандельштамы жили на
протяжении примерно сотни лет в городке под названием Жагоры, и
размножались в каком-то неисчислимом количестве. А имен на всех не
хватало, поэтому приблизительно каждый пятый был или Гиршем или
Езекилем или Йозефом.

Collapse )

Поразительно, как сплетаются судьбы...

Роберт Оппенгеймер




О Леоне Мочане, выходце из России, основавшем единственный во Франции частный исследовательский центр по фундаментальным наукам (IHES), я писал дважды, в 2014 и 2016 годах:

http://traveller2.livejournal.com/389843.html и http://traveller2.livejournal.com/482138.html

O Сесилии Девитт-Моретт мой совсем недавний пост от 5 марта. Оказывается, их линии жизни пересеклись, и это привело к далеко идущим последствиям. В истории о Мочане был один загадочный момент. Мочан организовал IHES по образу и подобию Института передовых исследований в Принстоне. Известно, что прежде чем что-либо предпринять, он многократно консультировался с Робертом Оппенгеймером, тогдашним директором Института передовых исследований. Откуда преуспевающий очень занятой французский бизнесмен мог узнать об этом Институте и как он вышел на Оппенгеймера?

Теперь я наконец-то узнал (совершенно случайно) ответы на эти вопросы. Вот, что написала мне Крис Девитт:

“В те времена девушки из приличных (читай буржуазных) семей во Франции не выходили замуж за иностранцев. А моя мать перебралась в США и вышла замуж за американца, да еще и еврея. Ее душа требовала покаяния. Чтобы избавиться от чувства вины, она решила помочь науке во Франции восстановиться после немецкой оккупации. У нее было две идеи. О второй я напишу позже, а пока о первой.

Мои родители познакомились в 1949 году в Институте передовых исследований. В то время моя мама была уже довольно известным физиком, на более продвинутой стадии научной карьеры нежели мой отец. Она уже успела поработать с Фредериком и Ирен Жолио-Кюри в Париже. Именно Фредерик после войны отправил ее постдоком сначала в Дублин К Шредингеру, а потом в Копенгаген к Бору. В 1949 г. отец только-только защитил диссертацию. Ему предложили позицию постдока в Принстоне. Это была его первая работа. Мою мать пригласил Оппенгеймер еще в 1948 г. и она приехала в Принстон вместе с Фриманом Дайсоном. Когда она впервые встретила отца год спустя, ей по-видимому захотелось “порисоваться” и подчеркнуть свое превосходство над новым “мальчиком”. Так или иначе, именно она ввела его в курс принстонской жизни. Сесиль была знакома с Мочаном еще с парижских времен. Она и задумала пригласить Леона Мочана в Принстон в Институт и свести его с Оппенгеймером с мыслью, что эта встреча поможет созданию мочановского института в Бюр-сюр-Иветт близ Парижа. Как мы знаем, ее план закончился успехом.

Оппенгеймер с самого начала очень бережно относился к моей маме, он взял ее под свое крыло. Сначала ее английский был весьма плох. Однажды Оппенгеймер спросил мою маму, умеет ли она водить машину. Она ответила: «Никто в моя семья не управлять автомобилем». Он понял ее ответ (и так и оставался в этом заблуждении до смерти, а ей было неловко его поправить), что она была обездоленной девушкой из нищей семьи. На самом деле никто из семьи Мореттов не водил машину, потому что у них были шоферы! Мы дразнили маму тем, что выйдя замуж за папу, она совершила ужасный мезальянс!”


Collapse )

Такая любовь… (По следам одного интервью). 2

Предыдущий фрагмент см.
http://traveller2.livejournal.com/469771.html

"Приедается все,
Лишь тебе не дано примелькаться…"
Пастернак


Я забыл рассказать об одной детали. После того как Бете, совершенно неожиданно и необъяснимо, оказался от брака с Хильдой Леви, Нильс Бор и Джеймс Франк мягко говоря отвернулись от него. Разрыв длился много лет. Относительное примирение произошло только после окончания Второй мировой войны. Хильда была разбита и опустошена. Некоторое время она ни с кем не общалась. Постепенно Нильс Бор ввел ее в круг своих друзей и учеников: Otto Frisch, George Placzek, Rudolf Peierls, Leon Rosenfeld, Edward Teller and Victor Weisskopf. Но она так никогда и не вышла замуж.

Хильда Леви



А теперь вернемся к Розе Эвальд. Все, что написано ниже, я узнал из ее интервью. Когда Гитлер пришел к власти в январе 1933 года, она была гимназисткой предпоследнего класса (в частной лютеранской гимназии), ей было 16 лет. Когда они вернулись с каникул в апреле, атмосфера в гимназии кардинально изменилась. Некоторые учителя-антинацисты были уволены, а нацисты (включая директора), наоборот, вышли из “подполья.” Роза подсчитала, что в ее жилах текло 3/8 еврейской крови, но в гимназии она близко дружила с одной еврейской девушкой. Один учитель-нацист потребовал от девушки переспать с ним. Отказаться было невозможно, поскольку привело бы к отправке в лагерь и ее самой и ее родителей. Такое же “предложение” сделал девушке и директор.

Это произвело на Розу столь сильное впечатление, что она бросила гимназию и решила немедленно уехать из Германии, несмотря на то, что ее родители в тот момент уезжать не собирались поскольку считали, что Гитлер перебесится, и вскоре все станет на свои места. Сладкие грезы...

Роза уехала одна в Англию, где она поступила на курсы секретарей. Там она продержалась несколько месяцев: в конце концов рутина ее задолбала: ей приходилось бесконечно перепечатывать одно и то же письмо. На лето друзья пристроили ее в французскую семью на юге Франции следить за детьми и учить их немецкому. Но это лишь отсрочило решение проблемы.

Опуская подробности, скажу лишь что Розе удалось получить въездную визу в Америку по французской квоте (немецкая была вся выбрана). В 1936 году она приехала (т.е. приплыла, конечно) в Нью-Йорк. Там она бралась то за одну временную работу, то за другую, пока наконец Джеймс Франк — сам беженец — не устроил ее экономкой в семью своего ассистента в Северной Каролине. В этой семье ее очень хорошо приняли. Хозяева разрешили ей в свободное время продолжить образование в университете. Роза обратилась в Duke University.

Вместо вступительных экзаменов ей предстояло общее собеседование. Роза честно призналась, что бросила гимназию за два года до официального выпуска и объяснила почему. Профессор, который беседовал с ней, заглянул в ее бумаги и сказал: “Ах, милочка, вы ведь уже прослушали курс биологии и курс химии! Кроме того, у нас в колледже очень свободное расписание. Все курсы, которые вы не успели сдать в гимназии, вы можете постепенно и без спешки прослушать у нас. Ваш гимназический немецкий базис вполне соответствует нашим абитуриентам. Мы вас берем!”

Так Роза Эвальд оказалась студенткой Duke University и в 1937 году в коридоре столкнулась нос к носу с Гансом Бете.

Продолжение следует...

Еще раз об одиночестве

Дорогие друзья!

Спасибо за ваши трогательные замечания. Вот что мне вчера написал Александр Кистер:

"У Миши не было семьи, но было много друзей, [...] которые откликнулись на его внезапную кончину, так не "согласующую" с тем активным образом жизни, который он вел до последнего дня. Так получилось, что я, его как Миша мне говорил: "самый старый друг", оказался рядом и смог проводить его в последний путь по еврейской традиции.
Все непростые процедурные вопросы удалось быстро преодолеть. Большое спасибо за желание помочь финансово, но в этом нет нужды."

Дорогой Александр Кистер, хотя мы с вами не знакомы, но мне хочется сказать вам спасибо за ваше участие...

(no subject)

В 2008 году ко мне из Италии приехал постдок – исключительно образованный и талантливый мальчик. Но у него были проблемы со здоровьем ...
[ http://traveller2.livejournal.com/2012/11/11/ ]
Он чувствовал себя очень одиноко в Америке. Я его даже познакомил с очень красивой русской девушкой. К сожалению, она его не оценила и у них не заладилось. Вчера, 7 лет спустя, он прислал мне приглашение на свадьбу, которая состоится в Италии. Я безумно рад!

Новогодняя история состоящая из пролога и эпилога



Давным давно моя семья с дедушкой и бабушкой жили в хибаре на Цветсковском переулке, рядом с Инвалидным рынком. В 1957 году весь рынок, включая и нашу хибару, сравняли с землей: это было начало массового строительства. А нам дали взамен двухкомнатную квартиру у черта на рогах, на Новом шоссе.

Восьмиэтажный дом, в который мы переехали, был построен перевернутой буквой Г и являл из себя чудо из чудес: в квартирах были установлены газовые плиты и ванны с холодной и горячей водой! Наш дом был единственный посланец из будущего, остров в море хибар, типа той, из которой мы приехали. Новое шоссе, насколько хватал взор, перерезало это море как мост, возле которого постепенно начали появляться и другие острова.



Наш двор был отгорожен от остального мира перекладиной буквы Г с одной стороны, большим металлическом забором, окружавшим какой-то НИИ, о котором ходили странные слухи (будто бы сотрудники оттуда выходят, но никогда не входят), с другой стороны. С третей стороны был огромный пустырь, тянувшийся до железной дороги, а с четвертой стороны, чуть в удалении, был асфальтный завод, с огромным конусом песка и ядреными запахами в те дни, когда ветер был с той стороны. В нашем доме на первом этаже был продовольственный магазин, единственный на всю округу, с винным отделом, где никогда не было отбоя от посетителей.

Collapse )

С Новым годом, дорогие друзья!



Пусть этот год будет лучше предыдущего, и разумнее и добрее!



Когда-то Франциско Гойя написал серию работ объединенных названием "Сон разума рождает чудовищ," которая произвела на меня очень сильное впечатление, особенно, когда я впервые увидел репродукции в детстве. Тогда я решил, что это - мираж из прошлого. Так вот, пусть сон разума действительно останется в прошлом!



Ведь жизнь так прекрасна...

Свежий искрящийся снег, солнце, любимая семья, любимая работа, добрые умные, чуткие друзья... Что еще нужно для счастья?



С Новым годом! С новым счастьем!

Одержимые идеей. 6

Продолжение. Предыдущий фрагмент см. http://traveller2.livejournal.com/382107.html

4537243_original

Этот пост можно считать лирическим отступлением, не связанным с жизнеописанием Эрвина Марквита, к которому я еще вернусь позже. Сейчас попытаюсь ответить на вопрос, почему я, мягко говоря, недолюбливаю фанатиков - любых фанатиков - которые ради абстрактной идеи о счастливом будущем готовы пройти по телам живых людей, особенно тех, чье представление о будущем не совпадает с фанатическим.

В 1956 году Чухрай снял фильм по повести Бориса Лавренёва «Сорок первый». Отряд красноармейцев во главе с комиссаром. Молодая симпатичная девушка Марютка, лучший стрелок в отряде. Так получается, что Марютка и захваченный в плен белый поручик Говоруха-Отрок оказываются выброшеными на необитаемый остров в Аральском море, где им предстоит провести зиму.

Я думаю, что я смотрел фильм по телевизору в начале 1960х, когда мне было лет 12-13, и я уже начинал думать о девочках, какие-то смутные мысли о любви уже шевелились… Поэтому меня зацепила не затравка фильма, а то, что было потом.

А потом Марюта и поручик стали говорить друг с другом о жизни, он заболел, она его выходила, и их души потянулись друг к другу. В общем, они влюбились. Любовь между мужчиной и женщиной случается...

Это была настоящая романтическая любовь, больше не бывает - soulmates, как говорят американцы.* Но она все росла, пока не заполнила всю их жизнь.

41

И тут - о чудо - к острову приближается лодка. Сначала она показалась рыбацкой. Поняв, что на судне белогвардейцы, Говоруха-Отрок бросается к берегу, но Марюта не дрогнувшей рукой стреляет своему возлюбленному в спину, пуля пробивает голову и выходит в глазницу, глаз плавает в морской волне возле трупа, а рядом рыдающая Марюта …

Меня как ударило по голове. Я впервые задумался… И не мог понять как можно убить самого дорогого человека ради неосязаемой идеи. Ради ничего. Меня буквально трясло.

Я и сейчас этого не могу понять.

А вспомнил я об этом эпизоде сегодня из-за звонка в Москву. Рита звонила своей давней любимой подружке, еще со школьных времен. Подружка замужем уже 40 лет, у нее с мужем трое детей, все твердо стоят на ногах. Мы всегда считали эту семью образцовой.

Сейчас семья на грани распада, если уже не за гранью. Ритина подружка - москвичка, русская. Ее муж из Запорожья, украинец. Все его родственники там. Ездит на Украину, чтобы воевать (ну, по крайней мере, агитировать) за аннексию восточной Украины Россией. Забросил бизнес. Его украинские родственники отреклись от него, Ритина подружка подала на развод. Дочь на ее стороне, собирается переезжать в Грузию. Старший сын, самый удачный бизнесмен в семье, тоже забросил бизнес, молится с утра до вечера, сейчас уехал в монастырь на гору Афон. Вот такие дела.

Сейчас, конечно, речь не идет об убийстве. Просто пример того, как неистовая безумная воинственная идея ломает жизнь людей...

============
* По свидетельству Габриэле Маркеса, «Сорок первый» был первым советским фильмом, в котором изображен любовный поцелуй.